katyaobrizan

— такая аккуратная, оформленная, туманная и местами невысказанная до конца реминисценция — сравнение, сознательное сопоставление, взгляд в прошлое и будущее одновременно. Познакомитесь с произведением и поймёте о чем я говорю. Фрэнсис Кель популяризирует чтение и знание в целом. Об этом говорит текст пропитанный, плотный с точки зрения аллюзий на произведения мировой литературы: Эдгар По, Артюр Рембо, Куприн, Оскар Уайльд, писатели бит-поколения, Диккенс, Толстой, Тургенев, Гюго, Достоевский, Уэллс, Гомер, сёстры Бронте, Оруэлл...

Происходящее дало пощечину, обожгло, оглушило. Драма, сосредоточение стойкости, силы, самоугнетения и страха. Роман-слияние противолежащих чувств, ощущений, состояний, переживаний. С одной стороны — ломящая, пульсирующая, иступленная боль, с другой — пламенеющее, идиллическое, сладкое счастье, всепобеждающая, немеркнущая, светлая и громкая любовь. Главы чередуются во времени (прошлое и настоящее), главы медленно сливаются в слезоточивое полотно. Плакала я действительно непрерывно, начиная с середины книги...

— такой рельефный, красочный, чувственный, добрый, игривый, прямой, откровенный и ароматный РОМКОМ. Лагерь «Открытая страна» — место свободное от каких-либо дискриминаций, предрассудков по признаку сексуальной ориентации и гендерной идентичности, место единения, распахнутости по отношению к себе, окружающим людям, миру. Перед нами два главных героя — Рэнди и Хадсон. Первый безответно влюблён во второго уже несколько лет, но в этом году эта односторонность превратится во взаимное робкое и сильное чувство, он уверен...

Слёзы, разъедающие изнутри. Долго думала над жанровым определением. И пришла к довольно сумбурным категориям, определениям — это манифест равенства, крик с надрывом, Набоковская “Камера обскура” — такое оптическое перевернутое изображение. Это морализаторский текст. Бунт против абсурдного мира, бунт близкий Альберу Камю — не против конкретных принципов, отдельных единиц, властей, а против совокупности, абсурдности мира как таковой. Текст плотный эмоционально, текст полный с точки зрения сути, смыла...

Знаете, для меня эта история в первую очередь, как оказалось, не про преступление и физическую жестокость, не про абсолютное и безжалостное зло, страх, разрезающий изнутри. Эта книга о длительной невозможности прощения, о вине монументальной, осязаемой, истерзывающей, об обесцвеченности жизни, об убийстве потенциальных личностей, о расщеплении и лишении целостности, о такой темной аморальности и при этом о надежде и любви. Гамма и Расти — родители Чарли и Сэм. Слёзы периодически образовывали такую прозрачную плёнку, размывая фокус, сосредоточенность...