Анатолий Борисов

Давно отгремели сражения Второй мировой войны. Практически не осталось участников и свидетелей тех событий. Для нас, живущих в начале XXI века, всё это уже стало историей, о которой напоминают названия улиц и площадей, памятники и монументы да День Победы. В этот день мы смотрим по телевизору парад на Красной площади, а потом выходим на улицу с георгиевскими ленточками и портретами наших дедов и прадедов в руках, чтобы пройти с ними в составе Бессмертного полка. Так мы ощущаем сопричастность с теми, кому выпала нелёгкая судьба вынести все тяготы войны, не сломаться и победить...

Остановились в лесу. Неудобная позиция — лес маленький, а кругом поля и перелески. У опушки леса находился перекрёсток дорог. Одна дорога со стороны фронта в тыл, а другая, по которой они ехали, вдоль фронта. Замаскировались как смогли, но всё равно что-то беспокоило, Алексей выставил усиленное охранение. Ребята отнеслись с пониманием. С рассветом по дороге со стороны фронта пошли беженцы. Алексей с Денисом стояли за деревьями и наблюдали. Шли в основном женщины с детьми. Мужиков почти не было, только раненые красноармейцы небольшими группами, кто пешком, а кто на телегах...

Наташа закончила домашние дела, переоделась и сидела с Любой на лавочке. Около полуночи пришла мать и зашла в дом. В доме зажёгся свет, мать поужинала и хлопотала по хозяйству. Разговор с Любашей не клеился, потому что Наташа сидела, как на иголках, и Люба, чувствуя это, не пыталась к ней приставать. Стало совсем темно, она заметила, как мать выглянула в окно и, увидев, что девчонки сидят на лавочке, потушила свет и пошла спать. — Ну што, я пойду, можа быть? — спросила Люба. — Иди, — грустно ответила Наташа...

Бекетов слушал сводку, которую правил своей рукой два часа назад, приходилось пользоваться методами предшественника. По сводке всё выглядело очень даже здорово, но это только по сводке. На самом же деле ситуация выглядела довольно кисло. Если у Ворошилова всё шло по плану, и румынская армия, сварившись в двух больших котлах, была практически разгромлена. Правительство Румынии не сегодня так завтра подпишет капитуляцию, хочет оно того или нет, но делать ему больше нечего. А вот в Венгрии, у Жукова, становилось худо...