Александр Топильский

Эй, Вы, Лыцари без плаща, Эй, Вы, воины без кинжала, Легче Родину защищать За границей попрятав жала? Стадом высыпясь на Монмартр, Гуртом выйдя на Эйзен-штрассе, Снова скачете в буйстве мантр Майданутые скакуасы И в порыве безумных масс, Перемазавшись, будто кровью... Что ж, Европа приветит вас Меньше хлебом, но больше солью

Женщинам сан инструкторам посвящается Санитарная сумочка через плечо, вместо пудры - измазана сажею. Да и здесь не курорт, но подчас горячо так бывает – сгорает всё заживо. Вместо «лодочек» - берцы с подошвой «Мишлен», туго сколоты кудри заколкою, и скрывает причёску сферический шлем (Шляпка вряд ли спасёт под осколками). Не жалея себя, будто жизнь одним днём, Будто в этом лишь ваше призвание: Сколько ж душ вы спасли, вынося под огнём на себе, по пластунски, израненных… Утащив, уложив за укрытьем бойца, пульс нащупать пытаетесь сниженный. И спасаете, слезы роняя с лица: Только выживи, миленький, выживи… Сами гибли и ранены были не раз, вы, петлицы нося медицинские. Тут, наверно, не долг, и не только приказ Что-то есть тут и от материнского. Поддержать моё творчество можно здесь: 4276 3800 9945 3644 Александр Сергеевич Т.

Мариуполь (интервью журналисту) Застывший Мариуполь, И запах как в клоаке: Неубранные трупы, Голодные собаки Эй, друже, поделись-ка Глотком воды из фляжки… Пригнись, здесь снайпер близко Засел в многоэтажке… Вчера один такой же Лупил в нас спозаранку… Да нет, не вру, ей Боже… Ну, мы его из танка… Дом, словно сыр, весь в дырах. Отправили в Вальхаллу… Да не было там мирных, Они сидят в подвалах… Вообще, идём с успехом, Тесним их оборону, Вчерась вот, в плен, морпехов Сдалось три батальона. Их наши там министры Считать, поди, устали… Эх, выбить бы нацистов, Засевших в «Азовстали»… Ну, журналист, покеда, Мож, свидимся с тобою. Вон красная ракета Дана команда – к бою. Приморский Мариуполь В порту застыли краны. Слеза скатилась скупо И засолила рану. Поддержать моё творчество можно здесь: 4276 3800 9945 3644 Александр Сергеевич Т.

Что нам Латвия? Плюнуть, да растереть! Ее за день, верхом, на хромой кобыле! Ну, а сколько там НАШИХ? Быть может, с треть? Мы о них, мимолётом, не позабыли? Нашу память там рубят, как дуб, с плеча, Словно русскоязычные – Гугеноты. Неужели мы будем опять молчать! Слать им ноты протеста… сплошные ноты Только ноты – не действуют ли совсем? Или солят их там, словно на закуску? Молчаливо согласен латвийский сейм, С оскверненьем всего, чем гордится русский Пилят сук под собой, вожделея дров, Не дается им дуб выкорчевать с корнем…. Я прошу, дорогой господин Лавров! Ноту дать им такую, чтоб поминорней!

Написано вот только что, в день Победы, во времена, когда русский солдат снова борется с коричневой гнилью фашизма. Иллюстрация к стихотворению китайского художника с псевдонимом Джефф Холли Солнцем теплится май Солнцем теплится май, уже робкие первые всходы Прорываются к свету из вспаханной влажной земли. Я потомок народа, отдавшего жизнь за свободу, Внук тех самых дедов, что с Победою взяли Берлин. Только видно живуч, тот сорняк, что деды корчевали, Снова сорной травой прорастает фашистская гниль. Знать теперь наш черёд, что бы дети не знали печали, Что б не гасли по дедам горящие вечно огни!