Story P.

«Мир не вращается вокруг тебя». Когда я впервые услышала эту фразу? Наверное, мне не было и восьми лет. И тогда это осознавать было сложно. Думаю, нечто подобное слышали все дети, рожденные в девяностых и начале нулевых. А уж о более ранних поколениях и говорить не стоит, у нас (или все же у них?) ведь был Великий Советский Коммунизъм (именно так, прошу не править)! На самом деле, ты можешь сколько угодно понимать смысл каждого слова, каждой буквы этой фразы, но сама суть доходит до тебя ой как не сразу...

Боль. Первое, что я чувствую, приходя в сознание, это нестерпимая головная боль, будто череп ежесекундно колотят на какой-то кувалде. Тело ломит, ногу разрывает, и очень хочется пить. Жарко. Пытаюсь открыть глаза. Не выходит. Еще попытка! Правый глаз слегка поддается, и вот я уже могу видеть смутные очертания моего окружения. Впереди виднеются какие-то зеленые пятна. Подо мной что-то мягкое, коричневое с зеленым, и, кажется, даже слегка влажное. Пытаюсь разглядеть что-нибудь дальше вытянутой руки – лишь смазанные очертания, да яркие цвета...

Серый. Первое слово, приходящее на ум, когда пытаешься описать все, что тебя здесь окружает. Серый разбитый асфальт, пасмурное небо, границы которого не отличить от тумана вокруг, какие-то советские панельные дома, такие заброшенные, с темными провалами окон, а кое-где совсем остовы некогда добротных зданий. К одному из таких скелетов стараясь двигаться как можно быстрее, но незаметнее, пробирается одинокая фигура в просторной куртке. Лицо ее скрыто капюшоном, в руке обломок железной трубы, конец которой в бурых разводах...

Историю эту мне как-то пару лет назад рассказали знакомые. Сидели мы вечерком у огня на острове Конном, примерно в той его оконечности, которая на Иркут смотрит. Понятное дело: ночь, костер, после завываний под гитару и веселых историй обязательно должны были пойти страшные, ведь надо же девчонок попугать. Кто пытался классикой взять, кто выдумывал не очень удачно, а кто просто пересказывал сюжет какого-то фильма ужасов. Мы уже было откровенно скучать начали да расходиться хотели, но тут взял речь один товарищ, имя которого сейчас уже и не вспомню...