Ольга Неподоба

Однажды вечером, после непростого похода, мы метались по перрону железнодорожной станции. Несколько взрослых с юными туристами, собака и маленький котенок, которого мы в начале маршрута нашли в лесу. Лил дождь, мы были мокрые, грязные и голодные, а это был последний до утра поезд в нашем направлении...

В наших глазах она была… страшная! Звали ее, конечно, по-другому, но назовем ее Маша. Ну как страшная … это нам, молодежи из туристического клуба, так казалось. Жилистая, широкоплечая, невысокая, с резкими чертами лица — из канонов красоты Маша явно выбивалась.

Вот зачем я вчера встряла в эту очередь, не понимаю! Я же точно знаю, за кем в очереди становиться не стоит, надо сразу разворачиваться и уходить! Медлительная походка, плавные движения, томный прищур, блуждающий взгляд по сторонам, полуоткрытый рот. Один человек — и это уже конкретная ОЧЕРЕДЬ:

Иду я на днях и вижу— возле магазина грубой веревкой привязана за шею худая собака. Без ошейника, просто веревкой. Выглядело это довольно паршиво. Я зашла в магазин и спросила у девочек на кассе, откуда животное, может, хозяин внутри, а может, кто-то бросил на привязи — а собака крупная, не каждый просто так подойдет веревочку отвязать...

Однажды, давным-давно, н а шей команде поступило заманчивое предложение пойти в некий сложный поход, в рамках одного « масштабного мероприятия» . По началу все шло гладко, чинно и благородно, но перед стартом начался всеобщий раздрай. Мы не знали, кто из нас в какой группе окажется в результате, кто именно будет руководителем и даже каким маршрутом, мы, собственно говоря, направляемся...

Прошлой зимой наш кот Барсик привел во двор товарища! Самого Барсика подобрала на улице моя мама, вот, видимо, и он решил тоже сделать кому-нибудь добро, чтоб Вселенная не считала его созданием неблагодарным и духовно пропащим. Как-то вечером я посмотрела с порога под навес и заорала от страха: из темноты...

Однажды, давным-давно, нашей команде поступило заманчивое предложение пойти в некий сложный поход, в рамках «нив сказке сказать» какого, масштабного мероприятия. Пригласили, ах, какие уважаемые люди, с таким количеством регалий и званий, что у нас в голове помутилось. Мы — «избранные», мы самые-самые, позвали именно нас из многих молодых туристов...

Существует три вида особой страховки на горном рельефе, которые в народном альпинистском фольклоре звучат так: - Иди, я тебя вижу! - Иди, я тебя помню! - Иди, я за тебя отомщу!

Как-то раз мы шли маршрут двумя параллельными группами. Год был плохой. Ледовые перевалы, которые ранее лихо пробегались «со свистом», превратились в крошево из трещин, природу лихорадит, все вокруг рычит, лопается, валится и громыхает. Подходим мы к одному большому и страшному ледопаду, встречаемся с параллельщиками и располагаемся на дневку вместе...

Дело было в девяностых. Мы жили тогда в общем дворе с одноэтажными халабудами. Был у нас сосед, чуток попивающий мужичок с причудами, он всю жизнь проработал на крупном заводе, а когда пришли новые времена, остался без дела. Человек без дела пропадает, но он как мог, так и справлялся, не унывал. И вот однажды появилась у него породистая черная овчарка, по кличке Джек...

В древние, почти доисторические времена люди ходили в горные походы в составе одной группы не только по взаимной симпатии и единству интересов, но и по суровой спортивной нужде. Нужно было сходить в поход определенной категории сложности — вот и шли, не всегда друг другу симпатичные, часто малознакомые,...

Как-то иду мимо пятиэтажек и вижу, что из полуподвального помещения смотрит на меня самыми разнесчастными в мире глазами кошечка. И рыдает на кошачьем языке, так жалобно, что любое каменное сердце тут же расплавится и слеза к горлу подкатит. Я человек сердобольный и братьев меньших люблю и уважаю. Подошла,...