Треп

Я сидел напротив окна. Слева от меня стоял холст. Кристально чистый, мучительно белый. В руке повисла кисть. Я не смел начать. Знал, что могу изобразить все, что хочу. Я могу передать все, что пожелаю. Но… Что я желаю? Закрыл глаза. Пролетающие мимо окна птицы играли бликами света в моих закрытых глазах. Свободу? Я хочу свободу? Кажется, нет - она у меня есть. Любви? Мне не хватает любви? Я полон ей. Эти двое ломают мне кисть, они убили мою печаль. Кажется, только она и была моим другом. Я все еще не открываю глаза...

Небольшой выцветший обшитый синим железом ларек. Стороны, которые не отвечали за вход во внутрь и демонстрацию витрины, были знатно припорошены снегом. Остальные две стороны были очищены на скорую руку так, чтобы продавец мог войти, а покупатели могли подойти к маленькому окошку со стороны витрины. Хоть Геннадий и недолюбливал свою работу, внутри было почти что уютно. Всю картину смазывали пепельница, почти всегда набитая бычками, и чашка с давно засохшим пакетиком чая внутри, которой Геннадий пользовался лишь единожды...