Психолог Светлана Труфанова

Бывало ли с вами такое, что, выполняя свой долг, руководствуясь моральной ответственностью, вы на самом деле чувствовали лишь раздражение? И вообще, может ли чувство долга сделать человека несчастным? Дело в том, что мы рождаемся с определенным уровнем внушаемости и доверчивости к тем заповедям, которые прививаются нам родителями и всей культурой. Стараясь не расстраивать родителей и оправдывать их ожидания, ребенок начинает жить с ощущением, что он всем должен: Так, постепенно, ребенка отучают мыслить и поступать самостоятельно...

Налаживать отношения с другими людьми нас учат с детства, а договариваться с собой – не учат совсем, поэтому став взрослым часто мало кто знает, какой он человек для самого себя и как вообще можно наладить эти загадочные отношения с самим собой. «Поговорить с кем-нибудь, разобрать его проблемы по полочкам – легко, а вот вести внутренний диалог, что-то объяснить себе и принять это – подчас очень сложно. Мы часто обижаемся, когда к нашему мнению не прислушиваются, когда обесценивают наш труд, когда нелестно отзываются о нашем положении...

Самым большим препятствием на пути к вашему счастью часто является тайное удовольствие, которое вы получаете от страдания. Звучит абсурдно, не правда ли? Но когда вы повторяете что-то снова и снова, обычно действует принцип самосовершенствования даже в тех областях, которые кажутся чреватыми болью. Духовный учитель Вернон Ховард назвал страдание “ложным чувством жизни.” Это связано с ощущением, которое человек испытывает, когда видит насилие, стреляет из пистолета или пишет в соцсетях желчный комментарий...

Представьте себе мир, в котором есть только два возможных пути. Один — это путь разума и уверенности. Хорошо протоптанный, хорошо нанесенный на карту, это путь средних величин: среднего удовольствия, средней боли, средней радости, средней печали...

Что может быть страшнее смерти? А вы встречали таких людей, которые вроде бы и дышат, но все равно, что умерли? Как такое может быть? Когда мы теряем самих себя это приводит нас к психологической смерти, хотя физически мы, конечно, живы...