#ИринаПишетРоман

Эпилог. Вика 2.0 Она жила в красивом доме с красивыми детьми. Одна.  Любимый и преданный муж Сережка остался для неё добрым другом и родным человеком, мирный развод стал логическим завершением истинно  душевного союза, выстроенного на доверии и уважении, чистой и искренней привязанности. Она по-прежнему доверяла уже бывшему мужу больше, чем себе, особенно в вопросах детей.  Первая же любовь, её Ромка, оставил неизгладимый след после встречи спустя 15 лет. Их яркий и страстный, чувственный и безумный,...

17-летние Майк и Дэйв, два закадычных друга ещё с самого детства в коротких штанишках на западе Калифорнии в городке &&&, ехали по Sunset Boulevard в красном Мустанге отца Дэйва. Они мечтали, как через год переберутся сюда, в Лос-Анджелес, чтобы учиться в университете, о чем так мечтали из Родители. Жизнь в Лос-Анджелесе им казалась очень крутой, а вот политехнический университет - очень скучным. Студенты колледжа, молодые и беззаботные, они любили ночные гонки и не любили шумные компании и дискотеки,...

Она проснулась от непроизвольного сокращения мышц, такое бывает в поверхностном сне, когда ты словно падаешь на кровать с неопределённой высоты. Ночь начинала рассеиваться, и в этой предрассветной паузе все оттенки казались серыми. Первые секунды она приходила в себя, не понимая, как вообще оказалась здесь. «Стены, аккуратно обшитые досками, высокий потолок шале с большой деревянной люстрой, уютное одеяло...так, я в Сочи. Рядом человек, которого я ждала и боялась годами. Что я делаю рядом с ним?...

В доме было темно, и только лунная полоса расчертила комнату на две неравных половины.  Он обнял её, поправил красивые светлые волосы на подушке, а она прижалась к нему, положив руку на грудь, будто на само сердце. Мерный стук его сердца успокаивал и одновременно тикал о том, сколько ещё осталось чувствовать... так хорошо и грустно ей было в этот момент. Он поцеловал её в висок поверх волос: Он прижал её к себе ближе: Они смотрели в потолок, и каждый не хотел засыпать первым.  Солнце скрылось...

Она щёлкнула наручником тяжёлых часов на правой руке, схватила небольшую кожаную дорожную сумку, хлопнула дверью, не с первого раза попала дрожащей рукой по кнопке вызова. В зеркале лифта посмотрела в свои красные ненакрашенные глаза, поправила волосы, вышла из подъезда и разревелась во мраке двора. Набрав в легкие побольше воздуха, как обычно, волевым решением она успокоилась, замолчала и села на заднее сиденье белой машины такси. Водитель вёз её по дороге Их юности. Как же всё изменилось. Как...