Юрий Абрамов

Вера ВЕРА (Быль). Вера, Верочка, Верунчик, Верушка. Так звали Веру старшие сестры, так звали ее мама и папа. Верочка это маленькая девочка полутора лет, с темными, вьющимися волосами, матовым личиком и черными, словно маслины, глазами. Смешно топая по дому, Верочка всегда следовала за своей старшей сестрой Ксюшей и во всем старалась на нее походить: словами, делами, поступками, но получалось у нее это еще неумело, что и вызывало смех и умиление всех ее родных и друзей. Верочка была душой и любимицей в семье. Она всегда была в центре внимания. Все лучшее ей. А Верочка жила и наслаждалась жизнью...

Ледяная. Ночь. Общий вагон пассажирского поезда «Москва – Хабаровск» нервно вздрагивая на стыках, уносил меня из родного Забайкалья в Хабаровск, на третий курс физмата. Надежда на встречу с любимой девушкой не давала покоя и прогоняла сон прочь. Глядя в грязное окно, я наблюдал, как желтый, мутный квадрат света выхватывал из темноты, то одинокое дерево, то пучок прошлогодней травы, торчащей из грязного снега на обочине железнодорожной насыпи. Амурская область, февраль и стужа за окном Проводник устало возится у топки, пытаясь хоть как–то нагреть промороженный вагон. За окном мелькнули огоньки, один, другой – станция! Чтобы скрасить свое одиночество и ускорить время, встаю и выхожу в тамбур...

Ему снился ужасный сон. Как будто он лежит в воронке от разрыва снаряда, а огромная масса земли навалилась на него своей страшной, черной тяжестью. С трудом он открыл глаза, но чувство тяжести не исчезло. Было раннее утро, только начало светать. Старшина Абрамов с трудом приподнялся. Только вчера они вели тяжелый бой с окруженной группировкой немцев. Спать пришлось в окопе. Начало марта под Кишиневом было сырым и промозглым. Возникало ощущение, что талая, вешняя вода заполнила собой весь мир. Ею была напитана земля, воздух, одежда и даже казалось, что противотанковое орудие и то пропиталось водой...