꩜Астрал Дэкондэбар

Моя тяга к литературе зародилась не на уроках, когда мы обсуждали «Мастера и Маргариту» — тогда я ещё мало что понимал в художественных текстах. Возможно, это было связано с подростковой замкнутостью, не до конца сформировавшимися интеллектуальными способностями или с трудностями, характерными для детей, выросших в неблагоприятной среде. Именно эти обстоятельства, вероятно, и сместили моё внимание в сторону финансовой литературы. Первую книгу в жанре нон‑фикшн я прочёл во время самоподготовки — в интернатах так называют время, когда школьники делают домашние задания...

Привет, детдомовец. Пишу тебе это письмо в доказательство того, что про тебя не забыли. Странно читать строки неизвестного человека, чьё лицо ты даже не увидишь. Но это не важно — важно, какие выводы ты сделаешь после прочтения. Я не миллиардер, не Будда, не психолог и не учёный, да и не педагог. Я — отец, любящий отец своего ребёнка, и, возможно, когда‑нибудь смогу стать твоим. Из всех человеческих достижений я, наверное, могу похвастаться только одним: я стал счастливым. Нет, это не то счастье, когда ты лежишь в психушке, обколотый аминазином, с текущей слюной изо рта...

Они сидели вдвоём на высоком холме, покрытом зелёной травой. В воздухе чувствовалась прохлада, лёгкий ветерок колышал верхушки деревьев, донося тихий шелест листвы. Солнце медленно сползало с небосклона, окрашивая его в сложные, переливающиеся оттенки багряного и лилового. — Какой прекрасный закат. Вот бы время застыло и позволило нам насладиться этой красотой как можно дольше, — сказала девушка, обнимая парня за руку. Они сидели в кемпинговых креслах, склонившись друг к другу, и наблюдали за заходом солнца...

Снова он кричит, ругается, а вот уже смеётся, плачет, снова смеётся. Недавно всё было так хорошо: мы проводили много времени вместе. Помню, шли по парку, был сильный дождь, но мы, как всегда по традиции, гуляли вдвоём по нашему любимому месту. Много травы, цветов, приятное пение птиц, её аромат. Этот приятный запах исходил от одежды, которую она носила, пропитанной сладким потом и лёгким парфюмом. И вот мы идём по тропинке: она — в резиновых сапогах, прямо по лужам и грязи, а я — впереди, уже весь мокрый, иду, улыбаюсь...