Тамара Коханская

Изгнанный, но не сломленный. Доброго вам времени суток мои дорогие друзья! С вами снова Иван Поликарпович - ваш слуга пера и собиратель в свой сундучок памяти ваши мысли, слёзы и боль пережитого. Как же быстро летит время! Ещё только недавно лежал снег, а сегодня светит солнце, вытаскивая из под земли зелёные побеги первых предвестников весны. Земля пробуждается от зимнего сна, постепенно переходя в лето. Сады зазеленели и распустились, словно невесты в своём белоснежном наряде чистоты. Ласковое солнце доброго волшебника, касаясь своими лучами землю - творит чудеса возрождения...

Следы. К утру во всём доме наконец то установилась тишина. Ни топота сапог, ни шарканья ног по дощатому полу, ни вздохов доносившихся звуков со стороны болот, ни резкий лаящий голос немецкой речи. Будто всё враз вымерло и тишина превратилась в кашу, через которую не доносились никакие внешние звуки. Открыв дверь, парни выглянули в корридор, обозревая и ища следы ночных визитёров, так они назвали нарушителей спокойствия. В корридоре стоял тяжёлый запах зловоний болот, а на полу чётко проступали следы от сапог...

Ночь в лагере. Из избы кума они вышли впятером. Дед Михей со Степаном и трое московских парней - Олег, Константин и Евгений, по приятельски среди друзей именуемый Жекой. Топать ещё с десяток километров в начавшем темнеть лесу, радости было мало. Место, куда они держали путь не просто необитаемо, а по словам Прохора Андреевича - раннее местными обходимое стороной. Парни постоянно натыкались на ветки деревьев и кустарников, а уставшие ноги вообще отказывались идти. Наконец Степан показал на небольшой среди деревьев просвет, отражающий блики Луны...

Беглецы. После слов Евгения, парни услышали шаги. К сараю кто то приближался. Шаги не были похожи на деда Михея, и это настораживало. Затем створки сарая открылись, и они увидели на пороге мужика с бородой, в ватнике, и с топором в руках. Сердце парней ушло в пятки... - Здорово парни! Чего испугались? Топора? Так в лесу без топора не ходят. Городские значит к нам пожаловали... Ладно, хватит жаться от страха. Дед Михей меня к вам послал. Берите по охапке поленьев и пошли в избу. Меня Прохором зову, а по батюшке Андреевич...

Кордон кума. Впереди маячили фигуры трёх человек - похожих скорее на охотников, чем на преследователей. Собак с ними не было, иначе они сразу бы учуяли шедших следом за ними. Держась на расстоянии, чтобы не заметили, за охотниками шли трое молодых людей - во главе дедом Михеем. Охотники без сомнения направлялись в сторону территории кордона - заимки егеря и кума деда Михея. Было слышно, как мужики переговаривались между собой: - Слушай Степан, говорят в соседнем районе карантин объявили. Военные даже перекрыли все дороги...

Болото. Быстро побросав в рюкзаки свои вещи, парни уже были готовы в дорогу. Дед Михей тоже поторапливался, завернул в свою котомку хлеб с салом, а затем туда же положил неизменную в дороге солдатскую флягу. Не забыл так-же табачок с махоркой, чтобы по его словам запутать следы от собак, если за ними будет погоня, в чём он не сомневался. От табака собаки теряют нюх, становясь бесполезными в поиске. Когда всё было проверено дедовым, острым, как у орла взглядом, дед подперев бревном дверь заимки, махнул рукой в сторону леса, и мы двинулись в путь...

Гости из леса. Как только среди деревьев скрылись силуэты Игоря Павловича с участковым - с другой стороны появились фигуры в камуфляже. Их было трое. По мере приближения мы увидели, что люди были вооружены. Дед Михей сразу насторожился и произнес: - Помяни чёрта - он и явится. Гости пожаловали... Парни, вы молчите - я сам буду с ними говорить, а вы продолжайте рубить дрова. Подошедшие поздоровались: - Здорово дед. Твоя заимка? Смотрим, дров нарубили. Зимовать собрались или порыбачить приехали? - Кому дед, а кому Михаил Иванович - местный егерь будет...

Засада. Когда дед Михей увидел открытый люк бункера, то сразу понял, что они здесь не одни - в бункере кто то находился. Он услышал, что внутри кто то ходит, а затем послышались голоса: - Вы чего там застряли? Берите контейнеры и уходим. Я прошлый раз следы видел. Возможно егерь ходил, так что лучше нам не светиться. Голос показался знакомым. Любопытство деда Михея взяло вверх над страхом. Сделав знак рукой, он указал парням на поваленное дерево, вырванное с корнем после прошлогоднего урагана...

Лесная заимка. В ожидании московских парней, гостивших у Игоря Павловича, дед Михей покуривая самокрутку, сидел на лавочке возле своего дома. Он не любил всякие модные, городские сигареты и папиросы - свой табачок всегда лучше и полезнее. Затянувшись, он мысленно сосредоточился на словах главы района о вирусе. Дед Михей помнил время, когда вставал вопрос о пандемии, что поглотила Москву и область. Пандемия их обошла стороной - никто не заболел, и более того, даже не чихнул. И вот опять заговорили о вирусе...

Собрание односельчан. В клубе собралась вся деревня. Слухи об отмене эвакуации, мгновенно разлетелись по всем домам. Люди не знали - радоваться им, или огорчаться, в ожидании непредвиденных сюрпризов. Ощущение тревожности, чувствовалось даже в тихом разговоре с рядом стоящии соседями. Они с опаской поглядывали на прибывшего из района начальство. Было очевидным, что новости исходящие от них, будут неутишительными - а отсутствие председателя, только отягощало обстановку. На сцену вышел Игорь Павлович, как временно исполняющий обязанности председателя...

Эвакуация. Эвакуация началась бабскими всхлипываниями, и мокрыми от слёз глазами. Вытирая набежавшие слёзы, односельчане с тревогой посматривали на свои дома. Оставлять их хоть на короткое время - было болезненно и тревожно. Председатель так и не объявился, а временно исполняющий его обязанности Игорь Павлович, ходил от дома к дому, уговаривая односельчан не паниковать. Он с уверенностью убеждал людей в быстром возвращении, уверяя, что вскоре всё прояснится, и они спокойно вернутся в свои дома...

Вертолёты. Над деревней уже гудели, как минимум три вертолёта. Они снижались медленно, ориентируясь на маячки расставленные прибывшей группой Алексея Викторовича. Туман стал медленно рассеиваться и деревня постепенно оживала. Мычали коровы, а затем отозвались своим гортанным голосом петухи. Из домов послышался лай собак и скрип открывающих дверей и ставней окон. Туман не рассеивался, а медленно отползал от деревни, словно раненый зверь загнанный в ловушку - оставляя за собой стоны болотного газа...