Тамара Крамская

«Покаяние» часть 2 Звонок! Это как прорвавшийся солнечный лучик О, сколько радости приносит он, Вечерами она будет вспоминать каждую фразу, каждое слово Мать долго будет жить этим звонком : У меня все хорошо, дети! А вы спросили маму, принес ли её кто хлеба?, Они позвонили, потому что совесть где-то на задворках души напоминала им об этом. И надо бы съездить, и чем-то помочь, но свои заботы всегда на первом месте. И этим они пытались оправдаться перед своей совестью. А звонок. долгожданный звонок оттягивали, потому что чувство вины перед матерью вселяло малодушие. МАТЬ сидела и молилась: Господи! ИИСУСЕ ХРИСТЕ! СЫНЕ БОЖИЙ! Помилуй моих деточек! Она умерла в одиночестве.

«Покаяние» часть 1, часть 2 выше Посмотрите!!! На пороге сидит старость. Не проходите мимо, подарите ей свою любовь и заботу – она может быть вашей Мать сидела у окна и смотрела на улицу. За окном жизнь била ключом: Сновали туда сюда прохожие. играли дети, о чем то говорили мамаши. Когда-то и для неё мир был велик и она, молодая и полная сил, горела в нём. А теперь.... Теперь у неё одна дорога – от кровати к окошку. Хорошо днём: сядешь у окна, а за ним люди и одиночество отступает. Тяжело вечером, когда чернота отделяет тебя от мира, когда мертвые стены окружают со всех сторон и смотрят угрожающе, кажется ещё немного, и они раздавят тебя. Ты словно льдине, одна, а вокруг только ледяная вода и нет никого, кто протянул бы тебе руку. ОДИНОЧЕСТВО. Страшное одиночество, которое приходится принимать, уметь жить с ним – старость. А ведь совсем недавно в твоем доме кипела жизнь, он был наполнен любовью, детским смехом, непрерывными заботами. МАМА. Ты отдавала себя все эти долгие годы. Хлопотала, варила, стирала. Не спала ночей у постели больного ребенка. С тревогой следила за его первыми шагами. " Иди ко мне! " – протягивала руки малышу. Ах! Мамины руки! Они как крылья, как символ неистребимой ВЕРЫ. НАДЕЖДЫ и ЛЮБВИ! Они дают уверенность и малыш решительно идет по жизни дальше. Кто в старости протянет руку маме? – МАМА! МАМА! – кричит дитя, испугавшись соседской собаки. И мама летит, летит на помощь с испуганным сердцем и таким гневом, что собака отступает, и скуля, забирается под забор. – Я здесь! Не бойся! Мать крепко прижимает малыша к груди. Она готова отдать всю себя за его жизнь. Пришло время и ты отвела ребенка в садик. Он не хотел идти, плакал, звал тебя, просил – Не уходи! Что стоило тебе развернуться и уйти?! Уйти. Со слезами на глазах и болью в сердце. Оно будет болеть весь день – как он там? Ах! Я бы небо хотела пригнуть, чтобы ты был счастлив, чтобы не видеть твоих слез, чтобы только улыбка озаряла твое лицо. Потом школа. Мать проходит второй раз школьный курс. Институт, свадьба, внуки. Ты сама отвезла её в роддом ночью, а приехав домой упала на колени перед образами и неистово молила сь всю ночь, потому что ясно ощущала страдания дочери и её боль была намного больнее той, которую испытала сама в родах. И вдруг тяжесть ушла. Свершилось! Внук родился! А вместе с ним и другие заботы. Словно на крыльях она полетела вершить свои дела. Потом были бабушкины блинчики и пирожки, сказочки и долгие каникулы. Да, когда-то здесь были смех и крики детей, потом внуков. А сейчас стоит такая мертвая тишина, что хочется бежать. Но куда? Кто ждёт её? Ей хотелось как милостыню попросить у своих детей – Возьмите меня! Но она не просила Из гордости? НЕТ! Из любви к своим детям, чтобы не было ссор в семье с невестками и зятьями. Не хотела мешать семейному счастью. Одна. Один на один со своим недугом и старостью. Как это произошло? Как такое вообще может быть?! Ведь ещё вчера дом был полон людей и ты была всем нужна. Страшно. Страшно находиться в пустом доме, страшно умереть одной, страшно выпасть из семьи. За все годы так прочно вросла в семью, что трудно себя вытаскивать из этой грядки. Толстые корни рвутся с такой болью, что хочется выть, а сердце обливается кровью : Я не могу! Я не хочу! Я не переживу! Ничего, привыкнешь. Правда, привыкать будешь долго. А может и не выживешь. Это какое у тебя сердце. Если крепкое, то потянешь, ну а если нет... Чем старее и немощнее онга становилась, тем реже заглядывали к ней дети Прощай мама! Ты выполнила свою миссию, не мешай жить другим. Не каждый может полюбить старость, прикоснуться к ней. Старые люди так неаккуратны и неопрятны. Старость убога и некрасива. Она не радует глаз. старость требует ухода, а уход вызывает брезгливость. Так не лучше ли от неё бежать? А мама есть МАМА, она простит. О чем она думает, одна, долгими вечерами? Она не скажет. И хорошо, и совесть не мучает. А у неё теперь одна дорога – от кровати к окошку. А за окном люди... А свои так давно не звонили. Она ждет, ждет каждый день, каждый час, каждую минуту.

Письмо соседу Часть 2 Мы бессознательно считаем что в браке приобретаем для себя робота который безропотно будет удовлетворять наши сексуальные, материальные и бытовые потребности. Мы хотим иметь такого супруга, который растворится в нас, станет нашей тенью, потому что Я это Я и выше, значимей этого Я ничего нет. Что думает по этому поводу вторая половина знать не желаем – ЧУЖАЯ РАНА НЕ БОЛИТ. С годами мы замечаем у своей половинки все недостатки, перемалываем их в своём сознании и постепенно недостатки становятся преступлением против нас. Мы готовы наказать, некогда горячо любимую половину, подать на неё в высший суд, но так как он недосягаем, с удовольствием судим её со всеми подряд, кто подвернется под руку – соседями, родственниками, коллегами по работе и даже с первыми встречными. Вытряхиваем перед ними все грязное бельё, совершенно не задумываясь, а как мы выглядим в глазах посторонних? Осуждение они прячут за притворным сочувствием, но своё мнение, отличное от вашего, обязательно выскажут своим знакомым и вашим. И понесется молва по городу, обрастая новыми подробностями, окончательно разрушая ваш брак. Своих недостатков мы не видим, а если что-то и промелькнет на горизонте, тут же простим себя и найдем тысячу оправданий, опять же в лице своей второй половинки – она, она во всем виновата, на ней лежит вся ответственность. А может не надо искры? Может надо постараться полюбить супруга (у) христианской любовью? Со всеми недостатками и достоинствами. Полюбить как ребенка, как родную мать, как Родину. Их мы любим потому что родная кровь. Брак есть школа любви. Школа не ресторан, там учатся, а не пируют. Если у вас есть ещё мужество, порядочность и любовь к ближним, вспомните – утопающий хватается за соломинку, за СОЛОМИНКУ!

Письмо соседу Часть 1, часть 2 выше Умные учатся на чужих ошибках, дураки на своих. Может быть, это и хорошо учиться уму-разуму, набивая себе шишки, но жизнь человеческая так коротка, что получается порой как в той народной мудрости – близок локоток, да не укусишь. Вроде бы всё осознал, а уже ничего не поправишь. Поздно. Остаются только муки совести, ноющая боль в глубине души и пустота. Слабые люди заливают душевную боль горькой и катятся по наклонной вниз, ломая свою душу, положив на всё и всех. А может остановиться? Задуматься? Разобраться. Разобраться прежде всего в себе Мы приходим на эту землю, чтобы измениться к лучшему. Если ты гневлив – умерь свой гнев. Если горд – победи гордыню. Обидчив? Вспомни кого обидел ты. Что ж обижаться! Прости. Судишь ближнего? А нравится ли тебе когда судят тебя? О! Это вызывает в нас бурю чувств: возмущение, гнев, обиду. Других осуждать можно и приятно, но нас не тронь! Завоняет. Умеете ли вы любить? Это тяжкий труд, ведь любовь как хрупкий сосуд, его надо беречь, защищать от самих себя, злых людей и даже от самых близких. Любовь – постоянная готовность отдавать себя другому, заботится и оберегать его. Радоваться его радостями, печалиться его горем. Это не мстительность, не желание сделать больно в ответ. А наоборот. На злобу ответить любовью, на грубость лаской, На ругань молчанием.. Посеяв добрые семена любви, ждите урожая. Утопающий хватается за соломинку, а супруги идут ко дну, имея под рукой лодку и другие спасательные средства., но им даже в голову не приходит воспользоваться этими средствами С легкостью расстаются. Думают – встретят лучше. Лучше не будет. Ведь проблема в характере каждого. Оба виноваты. Нельзя идти на поводу у своих страстей. Нужно дать бой, безжалостный и беспощадный, наконец-то собрать волю в кулак и дать бой самому себе. И для этого надо бросить на жертвенный алтарь свою гордыню. Дорогой сосед! Вы не имеете права рушить свой брак! У вас на двоих трое детей. Двоих вы лишили полной семьи. Двое остались без отцов. Пришла очередь дочери? И вас не останавливают её слезы, её горе, её душераздирающий крик? Вы слишком заняты своими разборками.. Вы искали для себя счастья, искромсав чужое. Вы искали благополучия и по ходу поисков лишили его своих детей.. Вы мне напоминаете ту мать из библейской притчи, давшую согласие разорвать свое дитя. И вы разрываете сердца своих беззащитных детей. при этом вы лицемерно жалеете их, плачете, страдаете напоказ, выставляя себя жертвой, обвиняя во всех грехах вторую половину, с легкостью перекладывая ответственность на неё. Вы ноете и ничего не делаете, чтобы сделать счастливой жизнь ваших детей. " Человек кузнец своего счастья". А какова работа кузнеца? Счастье дается нелегко: потом и кровью, со слезами и ежеминутной работой над своим характером. ЗА судьбу своей семьи надо брать ответственность. Но вы оба не выросли из коротких штанишек. Столкнувшись с трудностями вы, как слепые щенки, скуля, ползете под юбки к своим мамашам. Но мамы не направляют свои чада на путь истинный. Они с пеной у рта будут судить вашу вторую половину, и как в детстве, утерев сопливые носы великовозрастных дитятей сердито погрозят ей пальцем: – Я тебе покажу! Попробуй обидь мою двухметровую деточку. А кто защитит ваших детей?! Где взять им маму с папой, если их родители сопливые дети.? У вас по два брака и опять нет на вас вины за разрушение третьего. А вы вспомните, как давили свою вторую половину, как оскорбляли, как вы унижали и предавали. Семейный вопрос приобрел трагический характер в наше время. Не будучи психологически подготовленными к тяготам брака,, не поняв характеры друг друга, люди вступают в брак с желанием поработить и подчинить другого человека. Женившись по страсти, по"искре" пробежавшей вдруг, со временем супруги понимают, что в браке она утрачивает свою ценность. На первое место в совместной жизни мы уже не ставим любовь. Нам нужен не любимый супруг, а удобный.. Наш избранник должен исполнять все наши желания, не иметь своего мнения, вообще желательно заткнуться на всю оставшуюся жизнь.

«Беда» продолжение На повестке дня стоял один вопрос: как жить дальше? потому что жить как деды и прадеды все были не согласны – непривычно стирать руками в речке, бегать до ветру и мыться по праздникам. Ситуацией решил воспользоваться руководитель местной оппозиции и претендент на кресло мэра в предстоящих осенних выборах. – Куй железо пока горячо, – часто говорил он на собраниях фракции, поэтому послал своих подельников на улицы города и, учитывая серьёзность момента, вышел, сам. Революционная ситуация сложилась неожиданно, подготовиться заранее времени не было, а так как сходу врать новоиспечённый революционер ещё не научился, то решил воспользоваться речью горячо любимогоим им героя, Остапа Бендера, на открытии шахматного турнира в Васюках. Наконец-то настал и его звёздный час! Всем своим нутром, до дрожи, он почувствовал, что недалеко то время, когда он сможет произнести: Командовать парадом буду Я! Вдохновлённый лидер оппозиции залез на забор и начал по- остаповски разговор с народом. Молодёжь навострила уши, загорелись глаза у представителей среднего возраста, кто-то даже зааплодировал, но всё дело, как всегда, испортили пенсионеры. – Хватит брехать! – прервал пламенную речь борца за правду, громкий крик бывшей советской школьницы. отличницы, а также бывшей активистки клуба " Книга лучший подарок". Она хорошо знала речь Остапа Бендера, потому как держала его всегда не только за отрицательного героя, афериста, но и как классового врага. – Опять нас хотят надуть! Бей его бабы! Женщины не заставили себя долго ждать. В ужасе ораторствующий, как утопающий за соломинку, ухватился за забор, но напора бывших советских женщин не выдержал не только он, но и забор. Вместе они упали на землю, причём забор был сверху, но это не помешало разъярённой толпе, и клочья разорванной одежды полетели в стороны. Последними взмыли в воздух аля-остаповские жёлтые ботинки, но тут чей-то крик прервал экзекуцию: – ВОДУ дали! Улицы мгновенно опустели, соскучившиеся по общению с водой. люди плотно засели в ванной, на кухне и огороде. А посреди улицы, в пыли и одних трусах, лежал дрожащий и неверящий в своё счастливое избавление незадачливый оппозиционер.