Fortunatos

Служил Гаврила звездочётом. Гаврила в звёздах понимал. В это утро проснулся Гаврила с чувством какой-то тоски, безвозвратно уходящего времени. И, главное, непонятно: толи пить надо было вчера меньше, толи рано остановился… А может это и совсем здесь ни при чём. С усилием придав своему бренному телу вертикальное положение, он переместился в туалет, а оттуда, прихватив на кухне чашку с кофе и сигарету, за компьютер...

Первая часть: https://dzen.ru/a/YwKKx1ly_WIAJTwK 2. Спустившись по лестнице и свернув в тёмный коридор, он прошёл мимо едва различимой целующейся пары и поспешил дальше, к двери на улицу. Здесь он остановился в нерешительности, распахивая пальто. Бутылка в его руке стала липкой. Он ощупал её с острым отвращением. Невидимая, она казалась невыносимо грязной. Ему смутно захотелось чего-нибудь - может быть, газету, но прежде чем чиркнуть спичкой, он быстро оглянулся через плечо. Они уходили - их звонкие шаги вверх по тёмному изгибу лестницы были похожи на физическое объятие...

Это мой перевод. Буду публиковать по частям. Посвящается Хелен. Весной, сладкой юной весной, украшенной мелкой зеленью, как ожерельями и браслетами, с пением глупых птиц, фальшивой, милой и пресной, подобно продавщице в своем дешёвом наряде или идиотке с деньгами и без вкуса - они были маленькими, молодыми и доверчивыми, иногда их можно было убить. Но теперь, когда август, как томная сытая птица, медленно летел сквозь бледное лето к луне разложения и смерти, они стали больше, злобнее. Вездесущие, как гробовщики, хитрые, как ростовщики, уверенные и неизбежные, как политики...