Большая медведица

Полное прекращение отправки писем с немецкой стороны совпало с подготовкой атаки на Верден. Все же организованное мною дело существовало в продолжение многих месяцев, несмотря на то, что жители, в конце концов, знали, что их корреспонденция, собирает письма и раздаваемая военными и проводит его через своего рода контроль. Такие вещи не могли остаться неузнанным, принимая во внимание те условия, в нам приходилось работать. Несколько хитростей, придуманных мной, не смогли помочь этому...

Наши войска в то время начали укрепляться на левом берегу реки Ляг, и можно было предвидеть, что немцы то же сделают на правом берегу. В этом месте на протяжение одного километра швейцарская территория вклинивалась в Эльзас. Создалось довольно необычное положение. По обеим сторонам территории тянулись к югу немецкие и французские укрепления, упираясь в швейцарскую границу. Швейцарцы конце своего клина построили по всем правилам техники блокгауз, вооруженный пулеметами и способный выдержать ураганный огонь тяжелых орудий...

С пленными мы вообще не общались, смотрели на них только. Немец такой же человек, как и я, только в другом обмундировании, с другими жизненными интересами. Я сейчас и не вспомню, как на них смотрел: презрительно, не презрительно. Помню только, что один раз немцев в плен взяли, и почти сразу их из нашей полевой кухни кормить стали. Выше слова Барышникова Виктора Алексеевича. Очень странное явление, что немецких военнопленных стали кормить из полевой кухни. Ведь порой провизии не хватало даже самим красноармейцам, кухни попросту не успевали за передовыми частями Красной армии...

Самая первая и почетная «привилегия», дающаяся комсомольцам и членам партии – это то, что в атаку они должны подниматься первыми. Об этом современные средства массовой информации почему-то забывают, либо искажают. Продажное стало все. Что еще делали? Боевой листок выпускали, каждый день надо было небольшие такие заметочки о жизни подразделения делать. Выше слова Барышникова Виктора Алексеевича. «Привилегия» хоть и почетная, но требует львиную смелость. Ведь комсоргу роты нужно не только в себе подавить фундаментальное чувство самосохранения, но и передать свою смелость товарищам...

"...Милиция с населением ничего не могла сделать, такая была дезорганизация. Грабили все магазины, и промтоварные, и продовольственные. Хлеб, который возили в магазины на фурах – был такой фургончик крытый, который лошадь везла, автомашин тогда в доставке хлеба не было – народ грабил. Подбегают, перекувыркивают его, двери распахивают, хлеб хватают и бежать. Правда, никого не арестовывали даже..." Это был отрывок из мемуаров Барышникова Виктора Алексеевича. На вопрос «Готова ли была страна к войне?» фронтовики отвечают по-разному...