Сергей Миротворец

Трафаретное исскуство пережало нервы. Глаз дрожащий, породы алчной тот командир. Вынул ручку, затеял бучу с тем караблём. Я, наверное, так и умру. В бою.

Ах берёза шумит в огне. Колёсного мира брани. Потерялось куда-то колечко. Последнего было жалко.

Сколько лет из человека пытаются вытащить утопию, а он всё продолжает думать, что грязь - это золота. Что вечность тяжелей и обширней, чем миг прощания с чем-то близким. Заповедь колючего мира, бей так что б тебя не били, живи так, что б тобой не жили, умри так, что б никто не верил. Шевели извилиной бойко, даже если больше нечего вспомнить, среди всей обетованной земли и воды...

Лапти в стужу, Порадокс карабля Тесея. Ноги в лужи Блуждая, но веря.

Переезд коронный, весьма не лёгкий. Не кладётся на плоскость вогнутость подло. И у чая, бывает вкус горький. Под краватью, седьмая тара.