Вселенная Проката

Продолжение истории про двух Артёмов. Я спрятался за стопками ящиков и в щель наблюдал за нашествием нежити. Лекарства еще помогали, но их действие стало слабеть. Я взмолился монтажным богам, со всей искренностью, на которую способен человек, висящий на рвущейся веревочке над пропастью. Увы, небожителям было плевать. А вот Волку нет. Он не был согласен с ПЕСЦОМ. Артем неторопливо сориентировался в происходящем, выхватил из толпы зомбарей Барашка и потащил за собой. Я не верил своим глазам! Волк взял в помощники Барашка! Это было похоже на самоубийство...

"А что же происходит на ваших кровавых монтажах потом, когда зомби захватывают площадку?" – спрашивают меня многие читатели, не знакомые с темной стороной проката: "Вы же как-то доделываете начатую работу?" Есть вопрос – будет ответ. Думаю, пришло время рассказать вам о сосуществовании зомби-техников и людей-техников на площадке. Об их нелегких отношениях, щедро сдобренных смесью помощи и предательства, дружбы и ненависти, смелости и трусости. Сперва немного нудятины из общей теории прокатных зомбиапокалипсисов...

Знаешь, какой самый прекрасный отпуск может быть у техника во Вселенной Проката? В месте, где пространство способно не только сворачиваться в равнофанерный треугольник шоу-бизнеса, но и вовсе распадаться на агонизирующие молекулы боли. Конечно же это тур! Только представь, ты забиваешь несколько фур железом, аппаратом и проводами, а потом прыгаешь на самолет, чтобы уже через несколько часов оказаться в сотнях километров от чернеющей прокатной воронки в столице. Треш, смерть и бесконечный хоровод усталости с недосыпом...

Холодный мрак и звенящая тишина. Мир, сжатый до одного концертного зала. Кровопролитный бой за запертыми дверями подошел к концу. Проклятья, стоны, плач, предсмертные хрипы – все смолкло. Момент ликования и отчаяния. Мы победили! Но какой ценой? - Все, парни! – радостный окрик старшего разносится по площадке, отражается от стен и резонирует со всеобщим выдохом облегчения. – Валим домой! Завтра в полночь – демонтаж! Поверженные тела товарищей слабо шевелятся на полу. Немногие выжившие помогают им подняться на ноги...

Издревле поделены они цветом доспехов. Красные Воины Света, Воины Ярости. Безумные берсеркеры, способные спасать монтажи. Любой кровавости в одно лицо. Ибо ярость их сжигает время. Белые Воины Света, Воины Пустоты. Пройдя дорогу, обретают истинное бессмертие. Пустота в их глазах бездонна. Взывают ярость берсеркеров, и все. Зеленые Воины Света, Воины Тайны. Дым смолокурен витает вокруг них. Вдохнувший раз – навек пленен видениями. Гибнут первыми, ибо не отдупляют. Синие Воины Света, Воины Добра. Их вера в полтора - сорок...