Н.В.

Ближе к обеду пришел караван и Дувузян узнал все подробности о походе к нему страждущих повидаться. Рассказ караванщиков был красноречив, насыщен обидными эпитетами и солёными словечками. Столь неумелого похода они в жизни не встречали и он начал обрастать смехотворными балаганными байками. Шутить караванщики любили и умели, Дувузян вдосталь насмеялся. А ближе к вечеру начали являться и они - гордые, пропахшие гарью, но с заискивающим взглядом дети правителей. Ну как дети... мужи несостоятельные...

Дувузян узнал о караване страждущих с ним пообщаться от посыльного, доставившего из земель Ожерелья сообщения о новостях и предложения о торговле тем, в чем нужда будет. Что эти люди хотят, он догадывался, а вот встречать их накрытым столом не желал абсолютно...

Разъехавшиеся от Дувузяна гости и правители земель принесли весть, от которой у всех перехватило дыхание. Особенно у тех, кто имел нескольких взрослых сыновей и с трудом представлял, как они будут уживаться без раздела земель на куски и мириться, если кто-то получил надел больше другого брата. На этот случай была традиция - старший наследовал все земли, а младшие - служили при нем воеводами или иными служителями высокого ранга. Но порой случались и семейные драмы, когда правитель новый вдруг оказывался...

В присутствии палача, разговор с желающими в замке служить пошел привычнее. Прям с раннего утра и началось. Иные приходили с недоверием - неужто и впрямь условия суровы, как на улицах судачат, иль приврали? Для этих целей на скамейке сидел палач новый. Переодеваться в парадное ему не велели, как на беседу пришел с повозки, так и остался, в простой рубахе пыльной, кнут в руке, которым показал, что владеть им привычен. Дувузян подкинул яблоко и кивнул ему, когда говорил, что опытен, так он яблоко двумя ударами в полете достал, на куски распустив...