Анастасия Немихина

Это повторяется почти каждый день в одно и то же время. Во время вечернего кормления, около шести часов вечера, Рита отрывается от груди, напрягается, хмурится и начинает кричать что есть силы. Она надрывается от 10 минут до часа, все это время я держу ее на руках и представляю, что я на голом, безжизненном острове посреди бушующего северного моря. На остров накатывают десятиметровые волны стального цвета - это крики Риты - а я сижу в подземном бункере, в покое и безопасности. Эмоциям не добраться до меня...

Я была дурой. Накануне кесарева я сказала мужу: "Нет, милый, не приезжай, я сама справлюсь". Я не знала, что меня ждет. Но начнем с начала, то есть с утра 22 августа. Срок был 38 недель и 2 дня. Операция была назначена на девять утра. Минут за пятнадцать ко мне в палату пришли врачи, помогли забрать вещи и проводили в операционную, где я переоделась во что-то вроде легкого дождевика на голое тело и бахил на голые ноги. Мне поставили капельницу, катетер, манжету для измерения давления, а затем пришел веселый анестезиолог и полчаса колдовал надо мной с иголочкой...

- Это мальчик, - сказала первая узистка. - Мужичок! А вот это - очаровательная девочка. Какая красавица! "Мужичком" оказалась моя Рита, а "красавицей" - мальчик-Богданчик. Весили они при рождении 2950 и 3030 при росте 48 и 49 см, но это было временно. А все потому, что Рита ела. И ела, и ела, и ела. И к выписке из роддома дотянула до замечательных 3020 грамм. А Богдан, как и большинство детей, могучим аппетитом не обремененных, немного схуднул - и выходил из роддома с достойным, пусть и более скромным результатом в 2940...