Дмитрий Кочкин

Пронзительный рассказ 13-летней Маши Афанасьевой из Краснодара, который она прислала на Всероссийский конкурс дневников приемных семей. Я ничего не помню. Я не хочу ничего помнить. Я хочу забыть то, что иногда мелькает в моей голове. Я родилась сразу четырехлетней. Долго-долго не могла понять, что со мной происходит. Какая-то серая пелена окутала и скрывала мое раннее детство. Все в тумане, хмурое, злое… Постоянное чувство беспомощности и постоянный плач моего маленького брата. Он все время хочет есть. И плачет. И плачет. Этот плач преследует меня и сейчас. Смотрю на рыдающего ребенка на улице, и сердце замирает...

В нашем поселке жил ветеран Великой Отечественной Войны дядя Саша. Маленький, с темными густыми бровями и неизменной улыбкой на лице. Ходил он в одном и том же костюме серого цвета. Жил вдовцом, дочери разъехались, но внешне старик всегда выглядел аккуратно. Любил дядя Саша выпить, но никогда я не видел его пьяным. У него была соседка Люся, женщинка неопределенного возраста, и тоже любитель выпить. Видимо, на почве одиночества и общего интереса, между ними завязалась дружба.    Вот эта Люся звонит мне и требует: «Дядя Саша говорит, что ему дали 5 минут, приходи немедленно».  Ветеран уже помирал, вызвали дочерей...

МАШКА, СНИМАЙ КРЕСТ... Рассказ Ксении Весновой. Мария работала журналистом в одном из не самых популярных журналов. Начальник, как говорится, был «зверь». А если точнее — наглый, беспринципный, жадный и совершенно бесцеремонный. Кто мог — терпел. Кто не мог — увольнялся. Маше доставалось не больше, чем другим. Ровно до тех пор, пока начальник не услышал, как она разговаривала с подругой по телефону. По разговору шеф быстро смекнул, что она «из этих... которые в церквах лбы расшибают», — верующая то бишь! И тут началось... Шутки, подколки... Вроде бы взрослый человек, а вел себя как дикарь. Одна шутка казалась начальнику наиболее удачной...

👨‍👩‍👧‍👦У сороки заболи, у вороны заболи..   Я всегда немного стеснялась своей матери. У моих одноклассниц и у многочисленных двоюродных и троюродных сестер мамы были другие: утонченные, образованные, кокетливые. Они смотрелись рядом с нами словно старшие сестры, и относились мы к ним так же - восхищались, таскали тайком помаду, примеряли их туфли.  Моя мама была родом из какой-то глухой деревни. Некрасивая, говорила безграмотно и, кажется, даже писать толком не умела. Мне всегда было непонятно, почему мой образованный и умный папа выбрал себе в жены такую посредственность? Его первая жена...