Роман Крит

Тот страшен, кто за благо почитает смерть! Публилий Сир Дневной свет растворялся в сумерках. Остатки его взлетели к крышам домов и, будто прощаясь с городом до утра, сверкали в окнах верхних этажей огненными бликами. Холодный ветер нехотя, натужно полз по улицам, увлекая за собой коричнево-желтые листья тополей; он едва отрывал их от земли, пытался тащить вперед и бросал, как непосильную ношу, оставляя лежать на тротуаре, пока следующий поток не повторял этот привычный осенний ритуал. По засыпанному...

Ежегодное совещание командного состава пятой военно-космической армии Марсианского военного округа, которое по традиции проводили вечером 31 декабря, на этот раз непозволительно затянулось. Может быть, из-за слишком длинной речи нового командующего армией адмирала Сергея Лисицкого, решившего, что страна доверила ему судьбу ни много ни мало целой галактики. А может быть, из-за присутствия генерала американских космических войск Марти Стивенса, которому коллеги из России вознамерились продемонстрировать...

Ангел спал и видел сон. Виделись ему Райские сады, населенные херувимами и серафимами. Виделись деревья, склонившие ветви под тяжестью плодов. Виделось животворящее сияние вокруг душ людских. И лицезрел он умиление на лицах и любовь в сердцах. Ангел ходил меж душ и разговаривал с ними. Мир и покой властвовали над теми душами. И не было среди них неправедных, ибо только безгрешные допускались к вратам Рая. И разговоры те были о счастье и красоте, о радости и справедливости, о достатке и изобилии...

Фанфик на новеллу Стивена Кинга "Верхом на пуле" Холодный пронизывающий ветер обдувал взлетную полосу, когда я покинул салон самолета и ступил на верхнюю площадку трапа. Дыхание сразу перехватило, захотелось вернуться в тепло и уют моего кресла 13B, а стюардессы, эти хитрые самодовольные сволочи, за двадцать минут до приземления отобравшие у меня плед и подушку, продолжали с фальшивыми улыбками желать пассажирам счастливого пути и благодарить за то, что они выбрали их авиакомпанию. Щурясь от острых...

Антон Подгорный работал грузчиком очень давно. События, которые этому предшествовали, он почти не помнил, а то, что помнил, ему очень не нравилось.  Детство Антона прошло в небольшом городке, где в 90-е все сплошь стали братками и спортсменами, даже те, кто ни к воровской братии, ни к спорту никакого отношения не имели. Сам Антон решил не вступать в какую-либо группировку по большей части из страха быть побитым противником. В итоге его били и те, и другие. Одни – за то, что не хотел делиться едой и деньгами для «подогрева» зоны, другие – за то, что отказывался идти драться с братвой...

Волки неслись через утопавший в безлунной ночи лес бесшумно, стремительно, в строгом боевом порядке. Вожак, большой бурый волк с уродливым шрамом через всю морду, рычанием пресекал любые попытки молодых членов стаи вырваться вперед или поднять шум. Его слушались беспрекословно. Лес стоял неподвижно, словно замерев, чтобы волки не заметили его присутствия и не растерзали. Едва слышно шуршали опавшие листья, да изредка вскрикивала от боли надломленная сухая ветка. Луна скрылась за тучей, предпочитая не видеть угрюмой решимости и молчаливой злости волчьей стаи...

Полковник Евпатьев чеканил шаги по тускло освещенным коридорам тайной штаб-квартиры центра специального назначения, оставляя за собой гулкое эхо. В свои пятьдесят с небольшим полковник был стройным и подтянутым, будто вчера окончил военное училище. Форма сидела на его фигуре плотно, эффектно подчеркивая литые мускулы. Лишь поседевшие волосы, морщины вокруг глаз, плотно сжатые губы, да пересекающий левую щеку шрам выдавали в нем видавшего виды воина. Подмышкой полковник нес папку с грифом «Особой важности», указку и тубус...

Зверёк жил в норке у самого входа в грот, Максим знал это. Пару раз он чуть было не увидел его, заметил самый хвостик, юркнувший в темноту. Если бы не отвлекся тогда на пролетавшую мимо чайку, было б чем похвастаться перед одноклассниками после каникул. Далась ему эта чайка. Чайки не прячутся по норам, а летают себе: смотри на здоровье! Не проходило дня, чтобы Максим не бегал проведать зверька. Как только голос отца начинал становиться громче, а речь сливалась в один длинный звук, мальчик вдруг вспоминал, что сегодня ещё не был у грота...

Нет ничего тайного, что не сделалось бы явным, и ничего не бывает потаенного, что не вышло бы наружу. Евангелие от Марка, 4:22 Свет моргнул и погас. В третий раз за день. Кондиционер смолк, системный блок компьютера последовал его примеру. В кабинете стало тихо. Лена беззвучно выругалась, зажмурила глаза и занесла кулак над столом, решая, кто больше виноват в том, что она не сохранила файл: мышка, клавиатура или дурацкая китайская кошка, без устали махавшая лапкой. Рассудив, что уничтожение любого...

Замерев на скрипучей больничной койке, Аркаша смотрел в окно, подперев голову руками. Шестой день шел непрерывный дождь, то усиливаясь, то ослабевая. Косые плети его стегали по скамейкам, деревьям и автомобилям, словно наказывали их за какую-то провинность. Порывистый ветер подхватывал струи воды и обрушивал их каскадами на двор детской краевой больницы. Казалось, за эти дни можно было отмыть уже самую застарелую грязь, но природа не унималась. Шёл сончас, и, хотя из всех семерых обитателей палаты...

До чего же странное существо человек. Вся его жизнь – сплошное чудо, но как раз в чудеса-то он и не верит. Дмитрий Емец   Чудеса случаются. И творят их не маги, волшебники и чародеи, а обычные люди. Обычные люди в белых халатах. Так думал заведующий детским отделением онкологического центра Александр Витальевич Говорков, в очередной раз преодолевая расстояние между своим отделением и кабинетом главврача. Он испытывал смешанные чувства. С одной стороны новость, которую он нес, вселяла в него надежду, с другой – пугала и настораживала...

Самое большое наслаждение для меня, когда я пишу беллетристику, это наблюдать за своими персонажами, оживлять их, общаться с ними. Процесс этот интимный и не видимый не только читателю, но и другим героям произведения. Я просто оставляю дверь открытой и жду, пока персонажи осмелеют настолько, что выйдут на сцену и станут озираться по сторонам, привыкая к обстановке. Затем они понимают, для чего их вывели сюда, видят оппонентов и принимают соответствующие позы. Каждый герой - личность, и сейчас ему предстоит проявить себя, отстоять свои интересы или сдаться под давлением обстоятельств...