Лирические настроения

Все собаки в июле широко улыбались, Высунув языки. Солнце, словно печеное яблоко, Застыли трамваи, И мы перешли на «ты». Туман расплескался, как молоко, По тропинкам и травам. С тобой и отрадно, и нелегко, И нельзя мыслить здраво...

Мы любим простые вещи: Вино в больших бокалах Или, взобравшись на скалы, Слушать музыку ветра В горлышке бутылки открытой, Шепот моря и трепетание стрекоз В жаркий полдень в июле И, чтоб мы тонули...

Если ты в начале пути, Вера всеобъемлюща и многогранна, Начинаешь карабкаться и ползти. Чем-то черным хлещет из раны, Но важно одно - до сути дойти. Вот и рвешь плоть о плотные камни. И все гуще, все непроглядней туманы. Кажется, все курсы сбиты, Ориентиры потеряны Безвозвратно, Бесповоротно, Безотлагательно. Смотришь, и не видно вершин Из-под покатых небесных седин. Глаза закрываешь, лезешь на ощупь, Не то, что так правильно - так проще. Легкие не хотят такого воздуха, Слишком холодного, слишком промерзлого...

Это тело дано мне на время. Придет мой час - сброшу бремя, Шагну в невесомость: Неизвестность Обретет очертания, Станет, если не осязаемой, То хотя бы ощущаемой. Оправданий больше не нужно, Дождь собирает капли в лужах, Выжимая облака до сухости и скрипоты...

Ночи стояли душные: даже скрываясь из виду, солнце оставляло свой жар, чтобы следующим днем разжечь его еще сильнее. Звезды лениво заглядывали в окошко, а луна все скиталась по небу, будто не зная, где скрыться от этой изнуряющей жары. ​ Не спалось. Взяла пса и вышла во двор. Свет фонаря застыл на молчаливых домах. Кусты акаций и шиповника делились своей свежестью, но делали это как-то робко, застыв безмолвно в отсутствие ветра. Тишина. Небо начало линять, позволяя солнцу затмить свет других звёзд...