Часы в старой башне застыли на полночи, Дождь размывает свет фонарей. Служители возносят к небу просьбы о помощи, В ответ лишь холодный ветер с полей. Сон не приходит к священнослужителям. Вокруг все застыло, молитва мертва, Смерти дух бродит по залам пустым и обителям, Под мрачными сводами звенит тишина. Ночью в поле звездочки, За окном поют сверчки, Рыжий кот урчит у печки У него дрожат зрачки. Тени встали на пороге, Тишина зависла в доме, От свечей тускнеет свет Ждем, когда придет рассвет...
Над рекою Невой дымка белая Ты грустна сидишь, опечалилась Как и жизнь моя, неумелая Задымила, всплакнув и отчаялась Я не знаю с кем, легкой поступью По сырой траве босиком ходить Друг из армии пришел осенью Но не может он больше говорить Что же душенька ты нахмурилась Злой огонь в тебе, как в котле горит Без вины-войны жизнь закончилась И дружок наш теперь горький инвалид С кем же милая теперь песенку Запою да вечернюю порою я С кем родимая да в Неву-реку Вновь влюблюсь до самозабвения Что ж душа...
Летний день клонился к закату, за окном сновали вездесущие машины поднимая за собой столбы пыли. Какое же засушливое лето в этот год, с самой весны не было ни одного дождя. Река и водохранилище сильно обмелели, а вода в них нагрелась настолько, что даже купание не могло унять этого зноя. От воды пахло протухшей рыбой, а если заплыть подальше, то можно было увидеть в огромном количестве трупики ершей, которые качались на волнах. Было около десяти часов вечера, Александр сидел в своем кабинете заполняя бумаги перед проверкой...
“Немного позже, когда столяр снимал с покойника мерку для гроба, увидели, что за окном идет дождь из крошечных желтых цветов. Всю ночь они низвергались на город, подобно беззвучному ливню, засыпали все крыши, завалили двери, удушили животных, спавших под открытым небом. Нападало столько цветов, что поутру весь Макондо был выстлан ими, как плотным ковром, – пришлось пустить в ход лопаты и грабли, чтобы расчистить дорогу для похоронной процессии".
Габриэль Гарсиа Маркес, "Сто лет одиночества" Глава 1 Посвящается моему лучшему другу С...
На утро, черный пес Монро доложил Ивану, что Винк назначил встречу в Островском парке в воскресенье вечером. Ивана настолько поглотила жизнь, что он впервые за последний месяц вспомнил о доме. Его как холодной водой окатило, разом вернулись мысли о доме, он скучал по всему, даже по не любимой работе. Он пообещал себе, что как только окажется дома, хотя он уже перестал верить, что когда-нибудь вернется, Иван пойдет в супермаркет накупит себе всего и целый день будет готовить. Потом включит телевизор и будет смотреть фильмы...
Лукаш уже второй месяц ухаживал за ребенком и девушкой. Приносил еду, чистое тряпье и питьевую воду. Он очень сильно удивился, когда Мария попросила его вместо ключевой воды из ручья приносить талый снег. Может быть этот факт и навел бы его на какие-то мысли, но он воспылал к ней давно позабытым чувством. Лукаш не мог представить себе до этого, что когда-нибудь забудь забудет свой дом, покойных жену и детей, но все вышло совсем по-другому. Случилось это одним из долгих зимних вечеров, сочувствуя...
Один день, сменял другой. Ночи становились все длиннее. Погода была еще по настоящему летней. Быт в доме на озере потихоньку наладился, Лара готовила еду и прибиралась. Яков с Иваном помогали по хозяйству и ставили сети на озере, приносившие не мало свежей рыбы. Монро то и дело приносил с охоты дичь. Яков стал членом какого-то клуба, он про него не рассказывал, но периодически после работы и в выходные уходил на собрания. Тогда Лара и Иван оставались наедине. Он очень привязался к красивой черноволосой...
Такой бури как та я больше никогда не видал на своем веку. Ветер завывал c неистовой силой, а снегопад был такой плотный, что казалось будто ад обрушился на бренную землю и сметет с лица земли наш маленький монастырь. Мне и брату Лукашу выпало в ту ночь дежурство у ворот в маленькой башенке, разведя огонь в очаге мы молились, чтобы бог помог нам прожить эту ужасную ночь. Около полуночи из лесу стал раздаваться страшный вой, и, как мне показалось плач младенца, а спустя какое-то время мы увидели человека бегущего из леса в направлении монастыря...
Ивану не удалось сразу же заснуть, он ворочался и никак не мог найти себе места. Ему было немного дурно от терпкого красного вина, на нёбе и в глотке появился неприятный привкус, немного подташнивало. Монро лежал у входа на балкон и тихонечко посапывал. Ивану нужно было подышать свежим воздухом. Он решил не будить Монро и вышел через дверь в темный коридор. На ощупь спустился в залу и пошел к входной двери, у самого порога задел жестяное ведро, оно с шумом упало. Иван выругался и осторожно прикрыв дверь вышел на улицу...
К вечеру Яков и Иван натаскали из колодца воды, нарубили дров и затопили большую печь на цокольном этаже. Через пол часа кубовый бачок с водой нагрелся. Лара принесла свежий чистый комплект одежды и сказала. - Вода готова, можешь идти мыться. Грязные вещи оставь в корзине, я позже их постираю. Ванная комната представляла собой полукруглое помещение, освещенное изысканного вида канделябрами, стоявшими на специальных мраморных полках. У дальней стены стояла большая деревянная кадка, достаточно высокая, к ней были приделаны ступеньки...
Мария проснулась рано утром, тепло очага волнами разливалось по маленькой комнатке. Она потянулась и вдохнула полной грудью воздух, замерла, она уже несколько недель не могла не то, чтобы вдохнуть и расправить плечи, ей даже слово сказать было больно. "Значит помогла цыганка" - подумала она, погладила серую кошечку, которая мурлыкала, вытянувшись на кровати, стала одеваться. Мария открыла дверь и кристально чистый, свежий морозный воздух обдал ее, перехватил дыхание. Солнце пробивалось сквозь стволы...