Летописец

Американская агава цветет только раз в жизни. Она живет до пятидесяти и даже до ста лет, и за все это время на ней — ни одного цветочка. И вдруг, как волшебство какое,— она выбросит сразу полтора миллиона цветов. Двадцатиметровым столбом высится это необыкновенное соцве­тие. Но вот созрели плоды, появи­лись семена — миллионы семян, и агава гибнет. Бамбук растет двадцать — тридцать лет, разрастается целой рощей. Потом вся роща враз зацветает и, дав плоды, погибает. Был случай: из Китая в Европу...

Сто лет назад в Америке существовали первобытные степи — прерии — со стадами бизонов и мустангов. Их прекрасно описали Майн-Рид и Купер в своих романах. В течение XIX столетия прерии исчезают, на их месте появляются обработанные поля...

Когда я возвращаюсь домой и за­жигаю электричество, в окне показывается лисья морда. Это Любка. Любка через разбитое стекло влеза­ет в комнату и шарит в прине­сенной мной корзине, нет ли лакомства. Мы живем с Любкой дружно. Но было время, когда она мне очень до­саждала. Это было в самом начале нашей совместной жизни. Я взяла Любку у подруги. Она из­грызла у маминой подруги сандалию, и за это лисичку выгнали. Я поселила Любку в свою комнату. В первый же вечер я почувствовала некоторое неудобство от такого со­седства...

Суд идет Белка — наше богатство. Белка — наша валюта. Миллионы беличьих шкурок собирают Ежегодно люди в наших лесах. Делают теплые шапки и шубы из теплого беличьего меха. Продают за границу— и получает золото, машины...

Кроме птиц, Джек интересуется бел­ками и немного куницами. Медведя же он никогда не видал. Однажды наш егерь, идя по лесу, наткнулся на мед­вежью берлогу. Между корнями ели в снегу была дыра, и из нее подымалась струйка пара от дыхания зверя. Егерь послал туда Джека, но тот только нюхал воздух, вертел хвостом и, оборачиваясь, как бы спрашивал: «Чего меня посы­лаешь? Там нет ни белки, ни глухаря». Что было делать? Но егерь нашел спо­соб и бросил в берлогу кусок хлеба. Стре­лой полетел туда Джек и разбудил дре­мавшего медведя...

Мы с Джеком большие друзья. Когда я выхожу утром взглянуть на термометр, он выскакивает из своей будки, вытяги­вает передние лапы и, помахивая хво­стом, закрученным спиралью над спелой, трется о мои ноги. Утренняя заря играет на его рыжей шубе, а черный нос оты­скивает в предрассветном ветерке соб­лазнительные запахи. Джек не простая собака, а штатный со­трудник нашего Лапландского заповед­ника. Числится он у нас «лайкой». В ви­де оклада ему полагается миска супа два раза в день. И пока я забираю его мис­ку и несу в дом, чтоб наполнить, Джек торопится проделать все свои утренние дела...