Пани Оладушка

Уже который день я выношу книги из библиотеки. Последовательно, планомерно. Насовсем. В первую очередь — словари, огромные прекрасные словари английского и французского. Немного старые, а главное — устарелые, но всё же словари, целое богатство. Затем я укладываю в рюкзак сказки. О, каких тут только нет! В мой рюкзак попадают самые разнообразные, от эстонских до камбоджийских, от венгерских до сказок южного Сулавеси. Эти малоформатные книжки я выношу по особому указу мамы. Мама проявляет живой интерес...

Мы наконец-то в Питере, и квартира с видом на Финский залив наша на девять дней, и мы выжимаем из близящегося к концу лета всё возможное. А выжимать приходится ещё как, потому что Нева на самом деле жёлто-зелёная, а хвалёные колодцы дворов пугают своим чёрным чревом, когда проходишь мимо них ночью. Даже если идёшь смотреть на разводные мосты. И Питер холодный, бесконечно холодный в это августовское утро. Я спала, кажется, часов пять, и ноги никак не перестанут ныть со вчерашнего дня. Мы тогда в прямом смысле бегали по Эрмитажу, пытаясь увидеть как можно больше...