Что почитать онлайн?

Люда зашла в дом и обессиленно прислонилась к двери. Вечер вымотал её. Не физически — там, в большом красивом доме, было тепло и уютно. Эмоционально. Катя, её рисунки, её доверчивые глаза. Эдуард Петрович с его тихим вниманием. А потом — этот разговор на прощание. Она сама не поняла, как выпалила ему про дочку все откровенно. — Ну чего встала? Раздевайся давай, холод в дом напустишь, — раздался с кухни голос Клавдии. Люда скинула пальто, разулась и прошла в кухню. Клава сидела за столом с огромной кружкой чая и свежим выпуском местной газеты...

Выхожу из ванны, немного успокоилась, поняла, какой у меня теперь план. - Теперь твоя очередь, - показываю на душ. - Я пока дыхание переведу. От такого праздника я еще не скоро в себя приду. - Ань, ты сейчас преувеличиваешь. Если бы ты пришла, а со мной тут девица, тогда да. А сейчас, что не так? Я тебе хоть когда-то врал? Заговаривать зубы - одно из умений Глеба. Но, то что он мне раньше не врал или я его не спалила, - это правда. - Мне нужно побыть одной утрясти в голове, все что произошло. Сдерживаю слезы изо всех сил...

– Да я с ума схожу, только о ней подумаю! Голос моего мужа отчетливо доносится из-за двери кабинета завотделением. Что ж, приятненько, конечно, но мне не нравится, что он обсуждает нашу личную жизнь с посторонними. – Ну, не знаю, Андрюх… – басит Костя: заведующий и, по совместительству, лучший друг Андрея. –…спать с Машкиными ординаторшами… Застываю, обхватив рукоять двери. Будто небо на меня обрушивается, оглушив на мгновение. –…это как-то совсем за гранью, – усмехается Костя. – Даже для тебя....

Я хватаю первую попавшуюся куртку, уже представляя, как выскочу на улицу в помятом домашнем платье и стоптанных балетках. Но вдруг останавливаюсь, будто наткнувшись на невидимую стену. – Нет, – шепчу я себе. – Так не пойдет. Мои пальцы разжимаются, и куртка падает обратно на вешалку. Я не выйду из дома в чем попало. Никогда не позволяла себе такого, и теперь не собираюсь. Медленно поднимаюсь по лестнице, чувствуя, как внутри меня что-то перестраивается, как будто шестеренки встают на свои места...

— Ты не перевёл мне на карточку денег на оплату уборки квартиры, — говорит мать. — Давай потом об этом, я же всё объяснил! — Нет, я толком так ничего и не поняла! Это такая мелочь для тебя, но ты даже это сделать отказываешься! По телефону ты говорить не хочешь причины, мои предположения, что ты теперь нищий отвергаешь, значит, мне нужны деньги. — Я не смогу пока платить за твою помощницу. И у тебя, кстати, в конце концов, есть руки. Убери за собой сама. — У меня артрит, смею тебе напомнить! — продолжает злиться...

Мой сын застукал меня в ресторане с другой женщиной. Причём в самый неподходящий момент, когда моя любовница полезла ко мне с поцелуем. Он сделал вид, что не видел меня, а я сам не рискнул подойти к нему с объяснениями. Решил не рисковать, зная, какой он бывает импульсивный, потому что имел в этот момент все шансы нарваться на конфликт в общественном месте. После того как он и его девушка вышли из ресторана, я отправил ему смс: «Игнат, матери ничего не говори, я всё объясню ей сам», но ответа не получил...

— Ах ты ж поганка облезлая, а ну куда? Вернись немедля! Варька, Варвара…. Стоять! Кудаааа? — распаляется Баба-яга. Сзади раздаётся нарастающий гул, будто рой рассерженных шершней в бочке заперли — это бабкина ступа на форсаже коряги пересчитывает. Старое дерево трещит, из-под донца сизый дым валит, гариной на весь лес несёт, а помело над ухом свистит, как выпущенная стрела. Только щепки в разные стороны летят, когда Яга, вцепившись в борта, ветки распихивает. Я бегу босоногая, хохоча, роса между пальцев хлюпает, трава ступни щекочет, уже почти границу леса преодолела...

- Не трогай меня! - голос мой дрогнул. Он подходит близко. Слишком близко. Молча берет меня за плечи и разворачивает лицом к себе. Пальцы напоминают о былой силе, и я невольно замираю. Он всё такой же - высокий, уверенный, только черты лица стали резче. Щетина на скулах. Губы напряжены. Он виноват. Но всё равно упрямо стоит. - Я тогда не мог поступить иначе, - крепко держит меня в своих руках. Заставляет слушать. - Отец заболел. Он умирал. А бизнес - ты не понимаешь, туда влезли такие люди. Они рвали всё на части...

Бегаю между столами, будто заведённая. — Кому пиццу? Наггетсы? Картошку фри? — спрашиваю, перекрикивая детский гул. Десятки глаз смотрят на меня с одинаковым голодным блеском. Маленькие руки тянутся к коробкам, кто‑то уже подпрыгивает на месте. Вчера Алине исполнилось восемь, а сегодня мы устроили для любимой младшей дочки грандиозное торжество. Восемь лет назад я впервые держала её на руках и не могла поверить, что у меня есть дочь. После двух мальчишек — долгожданная, вымоленная, выстраданная...

Московские огни за окном сливались в размытую мозаику, когда Айдун в очередной раз посмотрел на часы. Половина одиннадцатого вечера, а он все еще сидел в офисе на двадцать третьем этаже, уставившись в монитор компьютера. Синеватое свечение экрана отражалось в его темных глазах, в которых когда-то плясали отблески костра в горах, а теперь лишь мелькали цифры и графики. Молодой мужчина потер виски крепкими пальцами. Откинувшись на спинку кожаного кресла, Айдун закрыл глаза и невольно вздохнул так глубоко, будто пытался вдохнуть воздух родных гор сквозь бетонные стены небоскреба...

Сегодня годовщина нашей свадьбы. В этом году муж расстарался, снял крутой загородный отель и номер на двоих. Достаю новый комплект белья, вместо бретелей - нить жемчуга, в трусиках тоже, вместо хорошо прикрытой попы - такая же нить. В них ехать не вариант, захвачу с собой. Там переоденусь. Выпрямляю волосы - слишком простовато получается, как будто лоска нет. Делаю крупные кудри, немного розового блеска. Выгляжу отлично. В чем же поехать? Надеть джинсы и скромную водолазку под горло, чтобы он не раскусил моей задумки...

Я выхожу из клиники и несколько секунд просто стою под дождём, не понимая, куда идти. Капли попадают в глаза, стекают по щекам, будто я плачу, хотя слёз уже нет. — Не получилось. Эмбрион не прижился, спокойно, с ноткой сожаления и сочувствия сказала врач. Третья попытка. Я словно проклята. Все еще расплачиваюсь, за то что не уберегла. Сажусь в машину, хлопок двери глушит шум улицы. В салоне пахнет лавандой из кондиционера. Телефон дрожит в руке. Пальцы немеют, но я всё равно набираю номер мужа. — Алло...