Механика вечного

Я брожу переулками старых районов, Собираю осколки разбитой мечты. Я гляжу в ваши мысли, как раненый ворон И читаю по ним ваши хрупкие сны. Тусклый свет, загорожены наглухо шторы В окнах, пленники пыльных идей. Среди тысяч обычных историй Я не вижу достойных людей... Ветер гонит по улице старую прессу, Фонари темноту растворяют собой. В нашей жизни чужие теперь интересы И фальшивые ценности правят судьбой...

Снова дождь моросит за окном, снова эта колючая крошка. Жутко ветер мяучит в щелях: словно старая, драная кошка. Снова холод, душа леденеет, снова тучи царапают крыши домов... Я себя приковал к батарее чтоб забрать из системы тепло... Сталью режет больные глаза лунный свет, проникая сквозь стекла. Стало страшно, гнетёт чернота; красок нет и вокруг всё поблекло... Я хочу убежать в пустоту, я топчу батарею ногами... Прогоните её, я прошу!.. Эту тварь, что мяучит ночами... Дайте воздух! Откройте окно! Задыхаюсь... Скорее! Скорее!!! Вы поймите, я болен давно и огнём ногу жжёт батарея...

Я давно за тобой наблюдаю И смотрю на тебя с далека, Ничего, что слегка ты кривая; Зато прыткая наверняка. Для меня, ты загадка и тайна И фантазий страшусь я, твоих, иногда.  Только вот, одного не понятно: - Ты кривляешься, иль такая всегда? Я не знаю что делать с собою, Твой психоз угнетает нейроны в мозгах...

I Любуясь отражением себя, С гримасой вожделения на лице, Дешевыми понтами всех разя - Матвей катил на новом БМВ. Борта манили тёмным изумрудом, Причудливо играла лака гладь. Гламурно отливая перламутром, Немецкая сверкала мощь и стать. Московский вечер, вот такой-же как сейчас: Немного жаркий и слегка занудный; Богемная тусовка на прудах Скучала в ожидании чуда. И вот, она! Сияя блёстками ресниц, Стреляя глазками налево и направо, Рисуя бёдрами, изящно, кренделя По Малой Бронной двигалась Светлана. Оттенок кожи - «кофе с молоком», Невольно порождая робость - Рождал в сердцах мужчин желание рока; Попутно, у соперниц, вызывая злобу...

Утро, серый рассвет за окном, Завтрак стынет и хочется спать. Дура-кошка виляет хвостом, Новый день, чтоб опять пропадать. Десять тысяч шагов сквозь метро, Три минуты о чём-то мечтать; И за тридцать, не зная чего, Продолжать в переулках искать. Кофе пить с сигаретным огнём, Ненавидеть пустую кровать; Слёзы скрыв за колючим шарфом, Для себя лишь, цветы, покупать...

Спишь уже? - нет, брожу. Думаешь? - просто мечтаю. Ищешь? - нет, теперь только жду. Придёшь? - не приду... улетаю. Вспоминаешь? - забылось. А друзья? - я скрываюсь. Расскажи? - тяжело. Почему? - каждый день жить пытаюсь. Видишь что? - стёкла плачут дождём. А во сне? - ледяные кошмары. Может смотришь наш общий фотоальбом? - нет, прости, там сердечные раны. Радость есть? - о чём это ты. Чувствуешь что? - сильно страдаю...

Снова дождь моросит за окном, снова эта колючая крошка. Жутко ветер мяучит в щелях: словно старая, драная кошка. Снова холод, душа леденеет, снова тучи царапают крыши домов... Я себя приковал к батарее чтоб забрать из системы тепло... Сталью режет больные глаза лунный свет, проникая сквозь стекла. Стало страшно, гнетёт чернота; красок нет и вокруг всё поблекло... Я хочу убежать в пустоту, я топчу батарею ногами... Прогоните её, я прошу!.. Эту тварь, что мяучит ночами... Дайте воздух! Откройте окно! Задыхаюсь... Скорее! Скорее!!! Вы поймите, я болен давно и огнём ногу жжёт батарея...

Нужен ли ум, если нет решимости? Если всё знать, но другим не сказать. Что, если делать всё без одержимости? Если любить и всю жизнь промолчать... Нужно ли счастье, когда одиноко? Ждать ли свободы от компромисса? Что делать с правдой, когда очень горько? И как тут уснуть, если вовсе не спится? Что скажет юность о неизбежности? Где мудрости взять, чтобы прощать? Как, у зверей, научиться нежности? И сердце разжечь чтоб себя побеждать... Как быть с талантом, что лезет наружу? На сколько поглубже его закопать? Понять что бездарен и миру не нужен, С дороги свернуть, или вовсе пропасть...

Вижу цель, в оптическом прицеле - Очередной «малиновый пиджак». Дыхание затаил и нервы на пределе - Ирония судьбы. Вот, как-то так... Пыльный чердак старой хрущёвки, Козырное место - сам выбирал. Город, внизу, раскалён как в духовке: Был бы художником - нарисовал. Рассчитано всё: до секунды, до точки И палец привычно лёг на крючок, Мгновение и день мой, рабочий, закончен Но что-то толкнуло в ребро, словно ток. Визг тормозов, суета, перекрёсток Лишь на секунду, туда я взглянул - Увидел: как трое, хмельных отморозков Силой, девчонку, в машину ведут. Как профи, чувствую - подстава - «ты цель отработай и всё...

Нужен ли ум, если нет решимости? Если всё знать, но другим не сказать. Что, если делать всё без одержимости? Если любить и всю жизнь промолчать... Нужно ли счастье, когда одиноко? Ждать ли свободы от компромисса? Что делать с правдой, когда очень горько? И как тут уснуть, если вовсе не спится? Что скажет юность о неизбежности? Где мудрости взять, чтобы прощать? Как, у зверей, научиться нежности? И сердце разжечь чтоб себя побеждать... Как быть с талантом, что лезет наружу? На сколько поглубже его закопать? Понять что бездарен и миру не нужен, С дороги свернуть, или вовсе пропасть...

Не бросайте друзей ни далеких ни близких, Не сжигайте мостов между вами парящих. Забывайте легко лишь таких: очень "низких". Ну а спинку почешет - только "друг настоящий". R.A.M.

Люди реже видят друг друга, Говорят что сейчас не сезон. И погода, не для прогулок. И усталость. И жизнь будто сон. Стало больше “людей-одиночек”, Даже больше чем в прошлых веках. Люди больше не смотрят на солнце, Не парят высоко в облаках... Вечерами, в бетонных квартирах, Очарованы синим сиянием; Люди больше не смотрят на звезды Им хватает мерцаний экранов...