Перикл Громкий

"Скажи." «Именно так изгнанные штаты на самом деле более свободны, лучше, чем мы». Что за нелепая идея. «Ты не можешь быть серьезным?» «Что не так, Party Boy? Вы огорчены тем, что могут быть разные взгляды на успех и счастье, чем то, что нас кормят ложкой? » «Тогда давайте просто попробуем занять вашу позицию. Прежде всего, это последние страны третьего мира в мире. Это потому, что они отстранены от Организации Объединенных Наций за то, что они сделали во время ужасной войны. Поэтому, даже если им нравилось быть отдельно от всех нас, они все еще печально отстали ». «Верно, но вот в чем разница...

"О чем это было?" «Дали ему немного еды». "Да, но он продолжал приставать к тебе." «Требуются деньги.» "Разве мы не все?" «Он пытался получить наркотики». "Откуда вы знаете?" Я открываю крышку бензобака и подношу сопло к порту, чтобы заполнить бак: «Когда я проходил курс AmeriCore в течение нашего гражданского года перед колледжем, я помогал в оказании помощи и профилактике бездомных в Чикаго. Со всеми партийными центрами и бесплатными зарплатами, необходимыми для оплаты еды и аренды, единственная причина, по которой вы оказались бы на улице, это то, что вы были отстранены от нее, что почти всегда было наркотиками »...

Мы достигли парковки, и я остановился посреди нее, потирая пальцами по волосам. Боже, эта мигрень. Я достаю бутылку обезболивающего, суну в руку несколько таблеток и проглотил их. «Вы зависимы, приятель», - говорит Исаак. Я кладу бутылку в карман: «Сколько раз ты мне скажешь?» «Каждый раз, когда вы их принимаете. Вы проходите бутылку в неделю. «Потому что у меня чертовски болит голова, чувак. Убирайся из моего дела. «Может быть, если вы курили травку». "Заткнись. Не могу поверить, что ты говоришь мне, что мои болеутоляющие хуже, когда ты все время это проклинаешь. "Это естественно...

Мы называем эти предпартийные правительства и их членов традиционалистами. (Примечание автора). Эта книга или авторы не поддерживают и не поощряют традиционализм в любой форме, а ссылаются на них только в научных целях. Традиционная мысль или деятельность, как вы знаете, являются незаконными за их тяжкие преступления против человечества. Я переключаюсь обратно на свой телефон. Но когда я ближе всего к финишу, я выключаю его и вынимаю фотографию девушки, вероятно, лет двадцати. Я ее не знаю, но это как если бы я знал. Она в белом платье, умеренно покрыта - готова даже для церкви. Никаких признаков непристойности или поведения, при котором отец будет светиться красным...

«Где вы хотите, чтобы я начал?» «Как насчет… когда вы впервые пошли в сторону? Да, давайте начнем с самого начала. Отлично, мистер Ривз не лгал. Они пытаются написать книгу обо мне или что-то? «Давай, Питер, давай переживем каждую часть и не посмеешь ничего сдерживать. У меня настроение занимательной истории. Он откидывается на спинку стула и постукивает пальцами по столу. "Рассмотрим этот вариант; Помимо серьезных последствий наказания, с которым вы, очевидно, сталкиваетесь, это ваш последний реальный шанс получить все это ». Я кашляю. Хотя я знал это, слова все равно ударили меня, как пуля...