Мильтиад Острый

на тот случай, если читатель не сможет сделать очевидное толкование, на полях есть яркие виньетки мужчин и женщин, указывающие ему правильное направление. Дело в том, что сокол не может отрицать свою природу, хотя он может видеть клетку, висящую на ветках на веревке. Поэт слишком занят своими стильными двойными намерениями, чтобы правильно развить тему, но, тем не менее, он там, как большой камень посреди дороги. Валент прочитал это (он уже знал это наизусть) и обнаружил, что взял лист бумаги и ручку, не зная об этом. Он нахмурился, затем начал писать. Предположим, что, когда клетка упала, она сломала крыло сокола...

Бесполезно, потому что, если Миэль Дукас действительно была мертва, довольно скоро не было бы никакого сопротивления кормлению или вооружению, Ансер был совершенно прав в этом. Даже так; он запечатал заявку и положил ее на кучу, которую должны были собрать клерки. Он задавался вопросом, должен ли он скопировать письмо Ансера в Орси, но решил отказаться от него. Он взял другой лист бумаги и написал на нем: Валенс Ансер, привет. Сделайте выяснение о Ducas своим первым приоритетом. Я не могу отправить тебе Ярнака Дукаса, он слишком полезен для меня; наконец-то я нашла эремянина, который хорош для чего-то другого, кроме причинения мне проблем...

И, конечно же, теперь она была здесь, всего в ста ярдах от него, и он больше не мог ей писать, не говоря уже о том, чтобы поговорить с ней. Он взял свою страну на войну, чтобы спасти ее, и тем самым потерял ее навсегда. Он улыбнулся. И Орсея думал, что он глупый. Она будет сегодня на ужине. Изящно отточенный мазохизм, Валенс приказал план рассадки, чтобы она всегда сидела в том же месте, где была в первый раз, когда он видел ее, семь лет назад, когда она приехала сюда в качестве заложника окончательные мирные переговоры. Это напомнило ему кое-что, что Орси сказал о войне. Орси ошибался, но фраза, которую он использовал, была вполне уместной...

Это было то, что он не должен был иметь. Я имею в виду, что, как только он попадет в его владение, он должен был принести его мне, но он этого не сделал. Он поднял голову; он смотрел в угол комнаты. «Очевидно, это измена». он сказал. "Я посмотрел это." «Вы не могли больше доверять ему. Ну, это достаточно справедливо». "Доверься", повторил Орси. «Эта старая вещь. Вы знаете, - продолжал он, - я недавно много думал о доверии». "Понятно," пробормотал Валенс. «Кто-то предал ваш город врагу». «На самом деле, несколько человек», - бодро ответил Орси, - «включая меня. Но это не то, что беспокоило меня...

Валентс сделал мысленную пометку, чтобы разобраться в этом вопросе должным образом, когда у него было время. «Правильно, - сказал он, - тогда я думаю, что мы все согласны. Мне придется попросить всех вас помочь с планированием; я сообщу вам, что мне нужно от вас в следующий раз. пару дней. Орси, если бы ты мог уделить мне минутку. " Это был сигнал для остальных из них уйти. Он мог чувствовать их облегчение, а также их отставку. Но это была его работа - принимать решения; и если бы он этого не сделал, кто бы? Орсея встал. Остальные ушли, не глядя на него, как будто он был каким-то чудовищем...