Виктория Колесникова

Нарва

Рожден скупцом, уйдешь скупцом. Рожден повесой, подлецом?! Тогда зачем пенять на мир, Быть счастлив может ли сатир? Сатир во всем находит лень, Ему милей вино, чем день. И нежной нимфы стан тугой, Ему милей, чем дом родной...

Дни летели стрелой делясь на сон и знакомства. Узнаваний настолько много и они такие удивительные, что малыш быстро уставал и засыпал убаюканный песенкой или разговором взрослых. Проснувшись, в кроватке, он тихо разговаривал сам с собой, вспоминая все то, что видел до сна. Он знал, что новое пробуждение принесет новые открытия. На даче, например, жили четвероногие, которых бабушка называла то, кошечка, то собачка. Если кошечки все были приблизительно одного размера, то собачки могли быть совершенно разными...

"Интересно все-таки, и куда они все пропадают, когда я тут? А мама... Хм, как легко произнести это "ма-ма", "ма-ма", "ма-ма"... Она поняла, что это я к ней. она улыбается. Так чего просто-то улыбаться, бери меня на руки." Малыш протянул ручки и ноги к женщине, извиваясь так, что казалось будь он шариком, то взлетел бы на руки. Однако, взрослые не торопились брать, а продолжали заниматься своими делами. "Ладно, вот я вам сейчас...", подумал мадыш и его очаровательные губки вывернулись в гримассе, напооминающей сковородник"...

Без взаимности Ты пьешь вино своей немой любви Замешанной когда-то на стихах. Горит душа на кисточке зори, А у тебя мечты и сердце – в прах. А у тебя печальные глаза, И губы прочно сжатые в замок. Ползет змеей предательски слеза, Он предпочесть тебя другой не смог ...