Библиотекарь

Фильм-удивление. Каким-то чудесным образом о фильме «Сашка» мы узнали совсем недавно. Видимо, его безвестность связана со стереотипом, сложившимся в 1990-х, что Ржевская битва в СССР была то ли засекречена, то ли под запретом было упоминание о ней. Это внушение никак не клеилось с популярностью одного из самых знаменитых стихотворений о Великой Отечественной – «Я убит подо Ржевом». Вот ещё и кино снимали (не только это), оказывается. Да не какой-то проходной фильм, а качественное кино, в 1981 году так ещё умели. Фильм о самом главном – как в нечеловеческих условиях сохранить человеческий облик. Открытие – Леонид Ярмольник в роли пленного немца и Владимир Симонов в роли горячего лейтенанта правдолюба. А Мончаловские леса во время войны мы себе именно так и представляли. В любую эпоху есть герои своего времени, и Сашка именно такой герой. И не только 1942-го года (время действия), но и 1981-го (время съёмки). Такой Данила Багров, но не из Чечни, а из Афгана, при этом участвует в позиционных боях в районе Ржевского выступа. По повести В. Кондратьева «Сашка» Режиссёр: А. Сурин В роли Сашки: А. Ташков 1981.

ФаксИмиле или орфоэпии пост 🙈 Кто работает с книгой обязательно знает заморское слово «факсимиле». Случается, что его путают с «репринтом», но в данном случае речь пойдёт не о значении, а о звучании - правильно поставленном ударении. Вроде бы, какая разница, кто, как произносит нерусские слова? Осмелюсь предположить, что библиотекарям, библиотековедам, библиографам, книговедам всё-таки следует говорить правильно. Но за других - всего лишь предположение, а за себя - стремление произносить точно, расставлять ударения не так, как «мне нравится», а так, как это закодифицировано в словарях. В общем, всем хорошо – у кого-то «своё мнение», а кому-то важнее мнение специалистов по орфоэпии. Но не тут-то было, есть специалисты, но не филологи-лингвисты, а в принципе «специалисты», которых такое положение вещей не устраивает, и они начинают... поправлять с правильного на неправильное. В этом им не мешает их статус, учёные степени, авторитетные организации, которые они представляют. Собственно, поэтому я пишу этот пост. Может, его прочтут те уважаемые люди, которые не обязаны верить мне на слово, но обратят внимание на нижеприведённый список словарей. Их гораздо больше, но в каждом единогласно: факсИмиле, факсИмильное издание. Каленчук, М. Л. Большой орфоэпический словарь русского языка : литературное произношение и ударение начала XXI века: норма и её варианты / М. Л. Каленчук, Л. Л. Касаткин, Р. Ф. Касаткина ; Институт русского языка имени В. В. Виноградова РАН. – Изд. 2-е, испр. и доп. – Москва : Грамота : АСТ-Пресс Школа, 2023. – 1020, [2] с. Кузнецов, С. А. Большой толковый словарь русского языка : [более 130 тысяч лексических единиц] / С. А. Кузнецов. – [Б. м.] : The Commercial Press, 2020. – 1481, [7] с. Розенталь, Д. Э. Словарь трудностей русского языка / Д. Э. Розенталь, M. A. Теленкова. – 9-е изд. – Москва : Айри-пресс, 2009. – 832 с. Резниченко, И. Л. Орфоэпический словарь русского языка : произношение. Ударение : около 25000 слов / И. Л. Резниченко. – 2-е, испр. – Москва : Астрель : АСТ, 2009. – 1182 с. Штудинер, М. А. Словарь трудностей русского языка для работников СМИ. Ударение, произношение, грамматические формы / М. А. Штудинер. – Москва : Издательство «Словари ХХI века», 2017. – 592 с. Картинки с ошибками в произношении на просторах интернета мной не обнаружены☀ #Факсимиле #Редкие_книги #Книговедение #Орфоэпия

Выставка в Севкабель порт «Виктор Цой. Легенда» ☀ Первое впечатление строго положительное. Однако есть место и для не очень приятного послевкусия. Вспомнился фильм 2019 года «Богемская рапсодия» о жизни и творчестве Фредди Меркьюри, после его просмотра в кинотеатре мы вышли в приподнятом настроении, но из воспоминаний кроме прекрасной музыки 🎼 ничего на ум не приходит. При входе на выставку выдают наушники, в которых раздаются песни группы «Кино», а глазами мы видим фотографии, личные вещи и рисунки В. Цоя. Тех, кто любит творчество кумира миллионов, такой подход вполне устроит, но вот, что будет, если песни, написанные много лет назад, убрать? Два года назад мы побывали на выставке в этом же самом месте "Балабанов". Вот там была настоящая мощь выставочного искусства, полная гармония экскурсионных классических и современных методов, любовь к предмету, любовь к зрителям. Помимо не покидавшего ощущения о желании отдохнуть создателей выставки за счёт работы, проделанной несколько десятков лет назад не ими, из неприятного: большой акцент сделан на деятельности Виктора со товарищи по раскрашиванию яркими красками серой действительности "совка". На самом деле политический строй здесь вообще не при чём - яркие таланты на то и яркие, что используют краски, которых большинство людей попросту не замечают, при любых формах правления. Ответ на вопрос, зачем креативщики плюнули в мир, в котором Цой вырос, мы нашли уже на выходе, познакомившись с информацией о спонсорах экспозиции. Идти или не идти? Пожалуй, так вопрос не должен стоять, если творчество Цоя для вас не безразлично – обязательно сходить и сформировать собственное представление. Мы совершенно не жалеем - лучше с такой выставкой, чем вообще без неё 👀

227 лет назад родился человек-ураган Александр Александрович Бестужев (1797–1837), известный в литературе под псевдонимом Марлинский Александр Александрович вошёл в историю не только как писатель и стихотворец, пользующийся у своих современников завидной популярностью (кстати, строчка «Белеет парус одинокий…» принадлежит ему, а не другому великому поэту), но и как декабрист, каторжник, ссыльный, участник Кавказской войны и многое другое. Не всякому автору приключенческих романов удавалось сочинить историю, соразмерную по насыщенности с биографией сегодняшнего именинника. Наилучшим образом её описал Захар Прилепин в своём сборнике «Взвод. Офицеры и ополченцы русской литературы». В Дербенте, где писатель провёл несколько лет в ссылке, существует Мемориальный дом-музей А. А. Бестужева-Марлинского. Всем рекомендую, но обязательно с экскурсией – даже если вас не интересуют произведения Бестужева, его декабристские и воинские пассажи, никого не оставит равнодушным история о заряженном пистолете под подушкой и смертельно раненной возлюбленной. На фотографиях слева направо: А.А. Бестужев-Марлинский; сосед Мемориального дома-музея А. А. Бестужева-Марлинского в Дербенте; вечерний вид на Дербент из крепости Нарын-кала, расположенной неподалёку от музея.

Утром читаю в "Моём дневнике" М.А. Газенкампфа: "Особенно отличились штабсъ-ротмистръ князь Дондуковъ-Корсаковъ, сотникъ Кареловъ и извѣстный художникъ Верещагинъ, который все время участвуетъ во всѣхъ авангардныхъ дѣлахъ охотникомь". М.А. Газенкампфа "Мой дневник. 1877-78". Сегодня 180 лет со дня рождения выдающегося художника-баталиста Василия Васильевича Верещагина.

Сегодня 181 год со дня рождения незаслуженно малоизвестного Михаила Александровича Газенкампфа. Помимо того, что Михаил Александрович – генерал от инфантерии, заслуженный ординарный профессор и даже астраханский губернатор, он отвечал за работу с российскими и иностранными корреспондентами, которые впервые в русской армии, по его инициативе, были допущены на театр военных действий. То есть военкоры на фронте начались с Газенкампфа. Он написал много полезных, но узкоспециализированных книг по военному хозяйству, армейскому вещевому довольствию, устройству Генерального штаба и прочее. Однако есть книга, которая может представлять интерес и для широкого круга читателей. «Мой дневник 1877–78» раскрывает взаимоотношения военного командования с журналистами, а также анализирует Русско-турецкую войну с портретами личностей и особенностями регионов. Написано прекрасным языком! В интернете есть, правда, в исходной орфографии, к которой быстро привыкаешь. "Сущность моѳй докладной записки была слѣдующая: Его Имп. Высочество, Главнокомандующій, въ принципѣ, согласенъ на допущеніе корреспондентовъ при арміи, такъ какъ всеобщую потребность публики, нашей и иностранной, въ постоянномъ полученіи свѣжихъ извѣстій съ театра войны, — нельзя нѳ признать подлѳжащею удовлетворенію. Потребность эта столь важна, что устранить корреспондентовъ фактически невозможно. Если они не будутъ допущены въ армію, то все-таки найдутъ способы слѣдить за нею издали и, не имѣя свѣдѣній достовѣрныхъ, станутъ сообщать ложные слухи и недоброжелательныя выдумки, смущая русское общественное мнѣніѳ и возмущая противъ насъ читателей иностранныхъ газетъ. Поэтому казалось бы необходимымъ разрѣшить присутствіе какъ русскихъ, такъ и иностранныхъ корреспондентовъ при главной квартирѣ, а также при штабахъ корпусовъ и отдѣльныхъ отрядовъ, на слѣдующихъ условіяхъ: 1) Русскихъ — по просьбамъ редакторовъ и издателей газетъ. 2) Ипостранныхъ — по рекомендаціямъ нашихъ посольствъ и высокопоставленныхъ лицъ. 3) Предварительной цѳнзуры вовсе не учреждать, а только обязать всѣхъ вообще корреспопдентовъ: не сообщать никакихъ свѣдѣній о передвиженіяхъ, расположеніи, численности нашихъ войскъ и о предстоящихъ дѣйствіяхъ. Предѵпредить ихъ, что за неисполненіе этого обязательства они будутъ высылаемы изъ арміи.Для наблюденія за точнымъ исполиеніемъ обязательства, предложить редакціямъ: доставлять всѣ нумера газетъ, въ которыхъ будутъ напечатаны корреспонденціи съ театра войны, тому, кто бѵдетъ назначенъ для завѣдыванія корреспондентами. 5) Предоставить корреспондентамъ возможность получать отъ этого же лица всѣ тѣ свѣдѣнія, которыя начальникъ штаба арміи признаетъ полезнымъ или возможнымъ имъ сообщать. Для сего назначить опредѣленные дни и часы. Путемъ этихъ бесѣдъ можно будегь даже косвенно вліять на корреспондентовъ, не задѣвая притомъ столь щекотливаго самолюбія ихъ. Условія эти столь умѣренны, что безъ сомнѣнія достаточно предрасположить въ нашу пользу представителей печати. Если же нѣкоторыѳ корреспонденты, все-таки, будутъ писать о насъ въ недружелюбномъ тонѣ (исполняя при этомъ принятыя на себя обязательства), то этимъ можно бы и пренебречь, ибо тѣмъ авторитетнѣе будутъ для общественнаго мнѣнія дружелюбныя объ насъ сообщенія. Требованіе дружественнаго тона отъ корреспонденцій, равно какъ и предварительная ихъ цензура, будутъ намъ же во вредъ: то и другое получитъ немедленную огласку и положитъ прочное основаніе недовѣрію публики къ тѣмъ корреспондентамъ, которые будутъ допущены. Въ этомъ случаѣ можно даже опасаться, что общественное мнѣиіе будетъ болѣе всего вѣрить тѣмъ газетамъ, которыя займутся фабрикаціей ложныхъ и злостныхъ корреспонденцій о нашей арміи..." (М.А. Газенкампф "Мой дневник 1877-78")