Саути

Наш мир затаился в тенях. И смотрят с укором на небо Стеклянные пики домов. А люди внизу ищут хлеба, Их ночи проходят без снов. Их жизни в порядковый номер Измерены и сочтены. Вот кто-то упал вдруг и помер Не выдержав этой цены. Они словно мёртвые пчёлы Летят на пустые поля, Где выпитой банкою колы Засеяна всюду земля. Над всем этим капает вечный, Холодный и сумрачный дождь. И "всё" что живёт, безупречный Вопрос задаёт: где же вождь?! Где тот, кто созиждет, построит Фундамент для будущих вех. Живой...

Уркаи* – бродяги пустынных земель , их стяг на ветру развевался. Их было не счесть как в полях саранчи, на сабле у каждого   гарда. И с лютою злобой в глазах подошли к стенам неприступным Бастарда:* Прославленный город  - одетый в гранит,  что тысячи лет уже в славе стоит. Вот встали и бьют остриём об щиты – ярятся в зверином оскале. А кони хрипят, роют землю, весь путь как будто войны ожидали. И  вот разверзается море из тел, выходит вперёд предводитель: Огромного роста в клыкастой броне, Аида надменный служитель...

Обретёшь и радости и слёзы. Его кудри вьются на ветру. Ниспадают локоны на плечи. Его речь подобная костру, Обещает с небесами встречи. Не заметишь ты его в толпе, Не увидишь рваное рубище; Но признаешь силу по стопе И в глазах - халколивана* чище. От него исходит лишь покой И бегут извечные вопросы. Он  с тебя изящною рукой Отряхнёт как пыль судьбы наносы. Он сказал последние слова О любви и радости прощенья...

Оскалившись, волки подобятся общему вою... Тогда   на руках моих  больно вздуваются жилы И в залитых кровью глазах чую сна я потерю. Во мне изнутри зарождается властная сила, Меня обращая  в мохнатого дикого зверя. Забьёт задрожит учащённо сгорая томленьем В какой-то суровой и мрачно таинственной неге Звериное сердце и  мышцы снося нетерпенье, Уж  землю  терзают когтями в стремительном беге. И я упиваюсь могуществом зла надо мною, В безумном  веселье ищу я добычи и крови...

Гармония,  мать- повитуха. С торжественным счастьем отца Возьму его на руки нежно. Как наши похожи сердца, Как лице его безмятежно. Пусть музы чело окропят Священной водою Парнаса. Изящно красив и крылат Он будет быстрее Пегаса...