Михаил Синельников-Оришак

Дорвавшись до свободы, российские режиссёры в 90-х годах вытворяли бесконечное «садо-мазо» над зрителями, удивляясь, отчего те массово отказываются от подобного «времяпровождения». Худсоветы отменили, и некому было спросить: «С каким настроением человек отправится на работу, если он пять вечеров смотрел сериал, а в финале у главного героя погибает и фронтовой товарищ, и любимая девушка? Не-е-ет, уважаемые творцы, кто-то обязательно должен остаться в живых!» Поэтому в фильме «Место встречи изменить нельзя» относительный «хэппи-энд», отличающийся от книги. Авторы, конечно, протестовали «насилию над творчеством», да только кто бы их слушал! Впрочем, не слушали и американских режиссёров, возмущавшихся «кодексом Хейса» - сводом правил, действовавшим в Голливуде с 1930-х по 1960-е годы. Цензура была не государственной, а как бы – общественной, введённой Ассоциацией производителей и прокатчиков фильмов. Увы, американским «творцам» от этого легче не становилось. В СССР неформатное кино «лежало на полке», а в США не выпускалось в широкий прокат. Снимай на здоровье, мил человек, но для себя. А хочешь для зрителей, будь любезен соответствовать Кодексу. Не допускай мат, не критикуй законодательство, никаких гомосексуалистов, поменьше пьянок и сисек (актрису могли убрать из кадра за слишком большой бюст). Рты же, наоборот, «поширше» - улыбайтесь, господа, улыбайтесь, ибо депрессивных физиономий и вне экрана хватает! Так в Америке начиналась мода на улыбку…

Наглядно понять, как «душит жаба», лишая последнего воздуха (на сленге «воздух» - деньги) поможет «эффект профессора Базермана». Каждый год он предлагает студентам продать купюру в $20 – кто сколько даст в порядке аукциона. Хоть за доллар, хоть за три. Но есть правило – тот, кто будет перед победителем обязан отдать преподавателю названную сумму. Например, две самые «верхние» цены – 7 и 8 баксов. Счастливчик получает $20 в обмен на $8, а второй просто отдаёт $7 Базерману. Торги начинаются с одного доллара и быстро достигают $12-$16. В этот момент большинство студентов отсеивается, и остаются только два человека с наиболее высокими ставками. Казалось бы, с точки зрения логики и здравого смысла, верхний предел ни в коем случае не должен преодолеть 19-долларовую отметку. Ан нет, личный рекорд профессора составляет несколько сотен баксов за первоначальное предложение «двадцатки». Каким, спрашивается, образом? Дело в том, что второй человек понимает – ему грозит потеря и его задача уже не «выиграть» деньги, а много не проиграть. Ведь даже, когда аукцион переваливает за 21 доллар, кто-то потеряет всего лишь один доллар, а кто-то все $20. И чем дальше – тем больше. До тех самых пор, не закончатся деньги, или не начнётся (очнётся) рассудок. Сам профессор рекомендует – фиксировать убытки на минимуме, ибо боязнь потерь ведёт к ещё большим потерям. В России это же правило закреплено в поговорке: не за то отец бил сына, что играл, а за то, что отыгрывался. Помните - жадность делает беднее, кто не верит, пусть проверит.

У Москвы был Василий Блаженный – человек, не от мира сего, учивший праведности и предсказывающий грядущее. А в Сан-Франциско – Джошуа Нортон, провозгласивший себя императором Соединённых Штатов в 1859 году. Ну, как «провозгласил» - разместил объявление в газету, напечатанное смеха ради. Правда же забавно: бывший торговец рисом, разорился, пропал куда-то, вернулся - посмотрим, что юродивый дальше выкинет. А он принялся издавать указы с декретами, призывая не оскорблять Великий город прозвищем «Фриско» (сейчас оно считается вульгарным и неприличным); построить мост и тоннель через залив (спустя годы это осуществилось); создать союз государств и разрешать споры мирными конференциями (летом 1945 года в Сан-Франциско окончательно утвердили ООН). Воспринимаемое поначалу комедийным реалити-шоу, «императорское правление» неожиданно заставило людей задуматься о вещах серьёзных. Нортон 1 был ни за кого и за всех: в Гражданскую войну, соблюдая нейтралитет, попеременно носил мундиры то серого, то синего цвета. Посещал храмы разных конфессий, чтоб ни кто не обижался. Его авторитет позволял в одиночку останавливать толпу погромщиков или являться в полицейский участок «с проверкой». Да что это! «Императору» дозволялось выпускать собственные деньги, охотно принимаемые к оплате (коллекционная диковина). Журналисты вставали в очередь за его «распоряжениями» (газетам дополнительный тираж). Рестораны, осчастливленные «монаршим» визитом, вешали таблички: «Посещается Его Величеством». Нортон мог бы наслаждаться положением, но ходил в одной и той же шинели и скончался на 21-м году «правления» от сердечного приступа в полной нищете. Спустя 54 года прах перезахоронили под троекратный салют и приспущенные государственные флаги – настолько велико было уважение. Надпись на могильной плите гласила: «Нортон I, император Соединённых Штатов».

Восстанавливать – не воевать, в любом случае - дело Божье в нормальном понимании какого-то общего бога, а не отдельно-эксклюзивного «солидный Господь для солидных господ». Видели, может, объявления усреднённого содержания вроде: «требуются разнорабочие на Донбасс, вахтовый метод, зарплата 150 000-390 000 ₽ в месяц». Иногда там же, но чуть мельче и ниже сразу уточняется «5-6 тысяч рублей за смену» (390 000 ₽ : 30 дней = 13 тысяч). Но то, что смена по 12 часов и более, узнается очень "попозже". У меня уже набралось материала на целую книгу под условным названием «В дебрях Потогонии», начиная от, так называемых, «работных домов» и заканчивая, так называемыми, «пятаками» - своеобразными рынками рабсилы почти в каждом более-менее крупном городе. Если и без крайностей, то несколько лет назад согласно исследованиям HeadHunter не менее 84% работающих россиян были обмануты работодателями при приеме на работу. Что, впрочем, совсем не мешало (и не мешает) HeadHunter продолжать кормиться с объявлений, в том числе, подобных работодателей, ведь «за содержание ответственности не несём». Все «правильно»: чтоб у нас всё было, а нам за это ничего не было! Понимаю, что моя «Потогонка» в «период диктатуры менеджмента» издателей не заинтересует. Как-никак 21 век, Российская Федерация, слава Богу - не в Америке начала 20 века, когда некий Синклер семь недель тайно отработал на чикагских мясокомбинатах. А по итогу понаписал в романе «Джунгли» ТАКОЕ, что дошло аж до американского президента, обозвавшего писаку «истеричным лжецом». Тем не менее, некоторые американцы удивились, мол, оказывается, есть и «туберкулёзное мясо», и выжимание «конвейерных работяг» до степени падения от усталости прямо в жировой чан. В общем, из-за Синклера, разгневавшего общественность у них впервые появились «санитарные нормы», новые правила маркировки и даже «Закон о чистых продуктах». Впрочем, вернёмся в Россию. «Ладно» ещё совсем недавнее мирное прошлое, в котором «кидок» рабсилы считался почти в «порядке вещей». Но теперь-то! И кого! И где! Обильно говорилось/показывалось/писалось про обман в отношении вояк, и до сих пор очень мало или почти ничего – про работяг. Как собирают "из регионов" по автобусам и отвозят, однако не на Донбасс…а, допустим, на совершенно другую стройку Торгового центра в России. Как «5-6 тысяч за смену» по факту превращаются в «2 тысячи за 12 часов без выходных». И то не сразу, а мелкими частями, хочешь быстрее – продлевай контракт. Об «условиях проживания» - даже не будем, про то, как специалисты оказываются в разнорабочих на каждый день "в разных" – тоже. Конечно, можно и иногда нужно потерпеть. Конечно, случаются и приятные исключения. Но именно, что «исключения» из ставшего порочным - «правила». Причём, разговор совсем не про «высшие эшелоны власти» (хотя…), а прежде всего - про «организующее и обещающее» среднее звено – начальствующее менеджерьё, заинтересованное в потоке малой ценой. Конторы эти более-менее известны, количеством - богато, но при желании легко навести порядок среди самых одиозных. Как? «Тайный работяга», да хоть бы и меня возьмите (чтоб не корили: «ты всё ноешь, вместо конструктивных предложений»). Согласен лично и инкогнито отработать месячную вахту «на восстановлении» с проверкой на своём опыте выполнения заранее обещанного. Если совпадает – без вопросов, ну а нет, после предъявления доказательств, от фото до бухгалтерского квитка, всем «обещунам» предоставляется выбор. Или статья в УК, или добровольно-принудительный контракт на отработку по 12 часов без выходных с вычетом из 60 зарплатных тысяч «питания и проживания». В эдакий "штрафстрой"! Несколько эпизодов (ну не только же я один буду, нужен "системный подход") с широким освещением в СМИ и «Тайный работяга» станет мерещиться «любителям кидка» в каждом «потоке», поневоле тогда придётся задуматься о потенциальных возможностях гипотетической «выгоды». Хотя бы при восстановлении Донбасса…

В США информатор не «стукач», а «Whistleblower» – дующий в свисток. «Дуют» не только ради «выполнения гражданского долга», но и корысти «для». Например, за сообщение о «несанкционированном» костре вполне можно рассчитывать на премию от пожарного департамента. Специальные программы, вроде «Crime Stoppers» открыто провозглашают в рекламе: «Платим за раскрытие», а такса зависит от тяжести преступления. Очень выгодно «свистеть» о налоговых прегрешениях, ибо вознаграждение подразумевает процент «недоимки». История доносительства в США давняя – первый «Акт о защите осведомителей» принят 30 июля 1778 года. Предлагалось этот день превратить в … профессиональный праздник всех «свистунов». С инициативой выступил один из сенаторов-республиканцев. А чего такого? Публикуют же героев на обложках фешенебельных журналов, вроде «персоны года» Синтии Купер, «сдавшей» коллег по работе фискальным структурам. А поощрять «добровольных помощников» не только добрым словом завёл традицию ещё Авраам Линкольн. По его закону «О ложных правопритязаниях» (1863 год) информатору причиталось до 50% от суммы выявленного им ущерба. Согласен – порядок в обществе невозможен, без желания того граждан, составляющих это самое общество. И стремление содействовать ответственности перед законом (пусть и за плату) необходимая составляющая социума. Я всего-навсего хотел подметить, что указанную Сергеем Довлатовым «сакральную квоту» в 4 миллиона доносов, американцы перекрыли давно и с лихвой.