Экскурсии с МИАНО

Москва, Болотная площадь. Здесь, в тени сталинских домов разворачивается главная городская трагедия в бронзе. Если вы ищете уютных зайчиков или бронзовых дам с зонтиками — проходите мимо. Памятник «Дети — жертвы пороков взрослых» работы Михаила Шемякина может вызывать как восхищение, так и отвращение. Но он совершенно точно никого не оставит равнодушным. С чего начинается памятник? Как правило, с музы или трагедии. В случае с Шемякиным — с телефонного звонка мэра. Юрий Лужков лично заказал...

Сюда приходят за тишиной Третьяковской галереи. Здесь пахнет старыми книгами и мокрыми листьями. Но если поднять голову — увидишь дом-легенду. Серый, монументальный, построенный по приказу Сталина в 1937 году. Дом, где муза жила по соседству с расстрельными списками, а детский смех обрывался под колесами грузовика. На самом верху, в крошечной квартирке, похожей на птичью клетку, жил Борис Пастернак, он перебрался сюда одним из первых – в декабре 1937 года. Это были две небольшие комнаты, расположенные одна над другой на двух последних этажах, соединенные внутренней лестницей...

С чем у вас ассоциируется Рим? Лично у меня с античной архитектурой и монастырями. Ватикан, папа Римский, монашки на светофорах, спешащие по своим важным монашеским делам... Когда приезжаешь в такое место уже не впервые, то хочется дистанцироваться от туристических толп и каких то центральных локаций. Местным в путешествиях себя хочется чувствовать всегда, но именно здесь чувствуешь ту границу, которую не так просто преодолеть. Тут нужны какие то секретные ходы, связи, раз уж не родился и не пригодился здесь...

Сегодня на этом месте высится суровый обелиск Победы, а под ногами — асфальт многолюдной площади. Но стоит всмотреться в линию берега, где Тьмака встречается с Волгой, и представить: когда-то здесь плескалась вода, разделявшая реку Тьмаку на два рукава. Посреди них лежал остров. Остров, на котором князья держали зверинец, греческие монахи переписывали богослужебные книги, а позже — возвели одну из самых красивых церквей Твери, церковь Николы на зверинце. Это место — урочище Зверинец — хранит память о семи веках русской истории...

Скорость, ветер и чувство полета — вот что я вспоминаю, когда думаю о речных прогулках в детстве. Речной вокзал Калинина был для меня космодромом. Белоснежные «Метеоры» и «Ракеты» на подводных крыльях стояли у причала, переливаясь на солнце. Заходишь внутрь — кожаные кресла, как в самолете, запах лака и бутербродов с колбасой. Садишься у иллюминатора — и начинается главное. Сначала тяжелый гул двигателя, дрожь корпуса. А потом — рывок, и корабль словно отрывается от воды. Шум сменяется высоким свистом, берега сливаются в зеленую ленту...