Вальтер Фон Рейнхолд

Неоновый маяк мерцает, Стою, курю, как на пьедестале, В подъезде, сигарета тает, Исчезает, как огонек в глазах, устало. Пролечу в сознании людей, Как блик на солнце, как игра теней, Боль в висках, пора бы стать бы умней, Послать их всех, достаточно речей.

Улететь бы однажды и не вернуться, Ведь в этом аду меня ничего не держит, Улететь туда, где захочу проснуться, И начать новый день с огоньком надежды. Улететь туда, где волны плещутся в закате, Где бескрайнее синее небо, Где облака как белая вата, Где жизнь так проста и нелепа.

А на темной стороне, Дым сигарет и вишневый сок. Навсегда один в этой стране, Одинокая пуля в одинокий висок. Глянцевые обложки уютных улиц, И никто никогда не узнает, Из-за чего эти твари свихнулись, Уложив тела в ряд на грязном вокзале.

Порежу лицо, ножом цепляя кожу, Лишь бы быть непохожим. Выжгу огнем печать зла насовсем, Лишь бы быть не как все. Сниму с себя скальп, уложу им парадные, Лишь бы стать ненормальным. Расцарапаю вены, все ради того, Лишь бы жалкой системы разорвать эталон. Не стоит становиться расстрельной бригадой, Закопаю себя сам, какая досада...

Простая трагедия простой жизни, В три часа ночи на заброшенной кухне, Допиваю последнюю бутылку, Тусклый свет гирлянды как на старой картинке. Вечная иллюзия - мой любимый наркотик, Цепляюсь жадно за будущего кусочек, В душе лишь грязь, черная жижа, И я буду поливать ей все, что вижу. Пока вы подбираете с асфальтов...

Внешне беспомощное, жалкое создание, Пью вашу кровь, прикрываясь деньгами, Прячьтесь в церквях, я в темноте зданий, После заката разгоняю сознание. Порошок и кола, сигареты и водка, Долгое падение жизни с высотки. Устал ото дня, скроюсь в ночи, На каменных аллеях трусливой тиши. Мост через реку, текущую вдаль, Мошки на лампе, старый фонарь, Лютая жажда, одиночный кошмар, Предательство света, душевный пожар...

Бесформенное одиночество, В старой сигаретной квартире. Особенное творчество, Кожа пропита до гнили. Сталь В молодом теле, Сменилась мягким забытым окурком. Светлые образы Мыслей, Обнажились кровавым рисунком. Адский смеющийся Взгляд, Догорел в страшных серых дворах. Самый последний Рассвет, Не пришел, затерялся в словах...

Про*бал свою мечту, Запер её в надёжной клетке. Скрою шрамы на душе, Под чёрным знаменем надежды. Как труп, восставший из могил, Не готов туда вернуться вновь. Мой престол на облаках, Охраняемый богинями моих снов. Даже если я под слоем пепла, Свежей взорванной звезды, Запомни сука, я бессмертен, Растворив дыхание серой мглы. В тёмной рясе дикого страха, С косой сожалений ворвусь на ваш пир, Из слабых, костлявых, смеющихся пальцев, Прожорливый змей поглотит весь ваш мир...

Не мало ли таких поэтов, С душой из стекла и оболочкой из камня, Спились, оставшись оконным светом, И кровью яркой на белых простынях. Обгоняя себя навстречу дням, Уходя в закат под начало рассвета, С арматурой железной преклоняясь в молитвах, Богам, умирающим под грязным пакетом. Костры миллиардов, сотен, десятков, Униженных болью молчаливых ягнят. Спалив святым светом убийцу себя, Под музыку ветра лишь пыль растворят. Динамики рвутся дешёвым сортиром, Облегая...