Олег Волков

- Юго-восточный – принюхиваясь, будто его нос чуял  направление ветра, заметил Лёха, поднимая воротник. - Волга пошла – констатировал Равиль, боровшийся до этого с постоянно тухнувшей у сигареты спичкой. День стоял холодный, несмотря на бьющее по глазам апрельское солнце. Действительно, куда бы такой реке идти? Скованная плотинами, связанная мостами, отравляемая заводами, ещё летом казалось, что она стоит. Течения нет, зелёная от водорослей по кромке, с прибрежной пеной, смешавшейся с разводами мазута и пластиковой тарой, она казалась длинным грязным озером, терявшим свои очертания где-то у горизонта...

Бывают в жизни моменты, когда в тебе, вроде состоявшейся личности хочется всё поменять. Такая история произошла с одним уличным котом с условным именем Кексик. Почему условное? Да просто потому, что кот и не догадывался, что у него есть кличка, но так как кличку ему уже дали местные алкаши, будем придерживаться в повествовании этого имени. Он состоялся как уже вполне себе зрелый котяра, всю сознательную жизнь проживший во дворе одного из микрорайонов Казани, Весь покрытый, нет не шерстью, щетиной редкого коричнево-черно-белого окраса, который встречается лишь от чудовищного скрещивания всех мыслимых...

Вы только представьте себе, сколько сотен любопытных пар глаз наблюдает за вами, когда приезжаете на дачу. Но обычно мы их не замечаем. А зря. "Лето. Скоро появятся" - "А, вон, уже прут". Эти мысли приходят на ум всей местной фауне, обитающей на нашей даче. Они считают себя местными, ну а мы соответственно приезжие, мешающие жить. Особенно не нравится это мышам. Они вообще считают нас дебилами и терпят нас только из-за того, что мы привозим импортные продукты, к которым быстро привыкаешь (ну сами знаете - хамон, пармезан) только для них это луковицы голландских тюльпанов и нарциссов. Сколько бы мы их не сажали, съедаются мгновенно...

Солнце уже садилось и со снежных склонов далёких Альп в долину спускалась тень. На смотровой площадке, на фоне замка, укрытый пледом из шотландской овцы в каталке сидел старик. В такие минуты к нему приходили воспоминания о прожитых годах. Всю жизнь он потратил на то, чтобы купить эту роскошь. Счета, акции, этот замок (где-то в Швейцарии, где – не важно), бентли, коллекции голландцев, яхту, стоящую в доках Ниццы. И много еще чего. Но главным сокровищем был конечно его внук. Все только и говорили, что он очень на него похож. За спиной послышалось шуршание гравия. - Дедуля - обнимая ручонками за шею старика – меня бабушка за тобой послала ужинать...

Уже час сидим в аудитории и слушаем члена комитета по идеологии, преподавателя кафедры научного коммунизма Алика Колотунова о том, почему в СССР не хватает мяса. Очки в модной пластиковой оправе «Директор» производства ГДР, костюм серый,троечка - румынский. Он стоит за кафедрой, а еще двое членов комитета сидят за столом рядом и глазами посматривают на сидящих в аудитории, фиксируют ли, конспектируют с карандашом. Очень это важно, чтобы с карандашом.  Потом мне это их объяснение без изменений необходимо...