Мила(я)

До звона в ушах, до озноба вдоль позвоночника, до беспричинных слёз в глазах – пусто. Словно стоишь на краю обрыва и дальше - нет земли, следующий шаг сделать просто некуда. И от этого сначала  просто замираешь, боясь даже вздохнуть, потому что вместо вздоха получится крик загнанного в угол , отчаявшегося вырваться на свободу … не знаю кого (...зверя?... человека?).  Долго-долго ловишь взглядом в окне уголок неба, потому что там не за что зацепиться взглядом и ничего не напоминает про то, что сейчас...

Она была, как лёгкий спортивный самолётик, который долго-долго стоял в ангаре и  даже уже ничего не ждал. А потом  вдруг открыли ворота, заправили, выкатили на взлётную полосу, и дали добро. И отмашку. И разрешили взлёт.   И она – поверила. И начала разбег. И было так... как всегда должно быть : ветер от рассечённого воздуха; воздух, готовый вот-вот стать опорой для крыльев; крылья, готовые унести в это пьянящее свободой и солнцем небо; небо, готовое принять и подарить весь мир…   … А в точке отрыва, там, откуда вся эта песня должна была начаться, пригласивший в полёт поставил стену...

Карниз был пожилой, с почти двадцатилетней историей жизни... карнизы вообще столько не живут, особенно те, которые  держатся на пластмассовых кронштейнах... Поэтому два года тому назад был заблаговременно приобретён сменщик  - вполне современный и симпатичный... но... Сначала  глава семьи заартачился по поводу самого новоприобретения : не нравится... Потом пошли уважительные причины типа : устал... нужна дрель, а на работе не дали... дали, но забыл принести...почти взял, но послали на объект, с которого было ближе до дома, чем до работы...