Татарстан-24 | Происшествия Казани и Татарстана

Не потому что мечтала. Просто после пятидесяти двух найти нормальную работу оказалось сложнее, чем я думала. До этого почти двадцать лет была товароведом в магазине. Потом сеть закрыла несколько точек, наш магазин попал под сокращение, и я впервые за много лет осталась дома. Первые две недели даже радовалась. Можно было спать до восьми. Не стоять весь день на ногах. Не спорить с поставщиками. Не пересчитывать накладные по ночам. На третью неделю стало тревожно. На второй месяц — страшно. Деньги уходили быстро...

Квартиру от бабушки я получила в тридцать два года. Небольшая двушка в старом кирпичном доме, на четвертом этаже. Не центр, но и не окраина: десять минут до метро, рядом рынок, поликлиника, школа. Жить там мы с мужем не собирались. У нас уже была своя квартира в ипотеку, двое детей и такое количество ежемесячных платежей, что бабушкина двушка казалась почти подарком судьбы. Решили сдавать. Первые квартиранты быстро объяснили мне, почему люди боятся арендаторов. Одна пара съехала ночью, оставив долг за два месяца, разбитую микроволновку и прожженный диван...

Все началось с мелочи. С денег, которые слишком быстро исчезали. Сыну тогда было десять лет. Мы давали ему понемногу на карманные расходы: купить воду, булочку после школы, иногда наклейки или какую-нибудь ерунду, без которой в четвертом классе почему-то невозможно жить. Суммы небольшие. Поэтому сначала я не обращала внимания. Но потом заметила: раньше ста рублей ему хватало почти на неделю, а теперь он просил еще через два дня. — На что тратишь? — спросила я. — На еду. — Ты дома не ешь? — Ем. — В школе обед есть...