LESEL Fashion

Джулиан Клауснер провел показ для Dries Van Noten в парижском лицее Карно — том самом месте, где основатель бренда показывал коллекцию в 2009 году. Он даже установил такое же зеркало от пола до потолка у подиума. Обычно новые креативные директора именно так и поступают — находят знаковый момент в истории бренда и его повторяют. Но Клауснер не стал буквально воспроизводить архивный момент. Он взял только отсылку к месту и атмосферу того показа, а саму коллекцию сделал совершенно новой. Не копипаст, а диалог с прошлым...

Второй показ Луизы Троттер для Bottega Veneta прошел в штаб-квартире бренда — Palazzo San Fedele, между Ла Скала и Дуомо. В этом сезоне Троттер сделала акцент на Милане, своем новом доме. Она живет в этом городе всего год, но уже говорит о нем почти как местная. «Я начала с идеи брутализма и чувственности. Милан — брутальный, но чувственность в нем немного скрыта», — сказала она за кулисами. Еще она отметила, что здесь люди все еще по-настоящему одеваются. «Давно я такого не видела». Показ шел по...

Биарриц, маленькое черное платье и сумка, в которой можно плавать Матье Блази в детстве приезжал купаться в Биарриц — семья отца жила в Пиренеях, летом спускались к океану. И вернулся сюда уже креативным директором Chanel, чтобы сделать показ на том самом пляже. Коко Шанель приехала в Биарицц летом 1915 года с Артуром Капелом. Биарриц тогда стал убежищем для интеллигенции, художников, аристократов — все бежали от Первой мировой. Именно здесь у Шанель родилась идея собственного модного дома. Показ...

Джек Макколлоу и Ласаро Эрнандес показали вторую коллекцию — и решили поиграть по-крупному. На входе на показ Loewe гостей встречали гигантские скульптурные животные художницы Козимы фон Бонин: собака с висячими ушами, бодрый дельфин, моллюски с выпученными глазами. Странно, игриво, немного абсурдно. Они сразу задавали тон: новые креативные директора Loewe пришли играть. Джек Макколлоу и Ласаро Эрнандес, американцы, известные по Proenza Schouler, возглавили испанский дом в 2025 году. Их первая коллекция была яркой и изобретательной — про то, что они умеют работать с кожей и понимают ДНК бренда...

Шон МакГирр обратился к фильму Тодда Хейнса «Безопасность» (Safe) — истории о паранойе и попытке спрятаться от мира. «Мне было важно поговорить о состоянии, в котором мы сейчас живем: мы все время на связи, все время следим за собой. Отсюда это ощущение тревоги и стремление к идеалу», — объясняет дизайнер. Но в отличие от мрачного кино, его McQueen оказался на удивление мягким — все острые углы сглажены. Или почти все. Кожаные брюки с открытыми молниями вдоль ног напоминали о легендарных bumsters — брюках с экстремально низкой талией, которыми МакКуин прославился в 90-х...

Может ли мода быть искусством? Многие дизайнеры ответят «да» без колебаний. И тогда подиум перестает быть просто показом — он становится сценой. Не каждый выход строится на метафоре. Но показ может создать зрелище, сдвинуть границы и зафиксировать момент, который длится меньше 15 минут. Вот 5 таких случаев. Главный трюк современного подиума. На подиум вышел ученый, доктор Манель Торрес, вместе с коллегой. Они начали распылять на почти обнаженную Беллу Хадид белое вещество — от линии плеч до середины икр...

Кто сшил это платье? Сколько времени ушло на вышивку? Чьи руки кроили, собирали, гладили? Мода предпочитала не задавать эти вопросы — достаточно было красивой картинки. Но что-то меняется — индустрия начала говорить о том, что раньше предпочитала не показывать. Одно платье haute couture от Chanel — это 200-300 часов работы. Иногда и все 500. Вышивка может занять месяцы. Один корсаж — неделя. Вручную. Петелька за петелькой, стежок за стежком. Есть даже выражение — petites mains, «маленькие руки». Так называют мастериц и мастеров ателье, которые выполняют эту почти невидимую работу...

Девушки Chloé с прерий: волосы на ветру, клетчатые юбки в движении — осенние героини Чемены Камали собраны из разных эпох. Хиппи-романтика 70-х, немного мистики и богемы, и отголоски Chloé времен Карла Лагерфельда. Романтика 70-х давно закрепилась за Chloé — эту линию в начале 2000-х усилила Фиби Файло, добавив в нее хиппи-настроение. Но Чемена Камали выбирает другой ход. Седьмая женщина-креативный директор в истории дома начала не с готовой формулы, а с поиска основы. Она обратилась к голландскому...

Габриэла Херст продолжает работать с темой, которая ей близка: женщины, меняющие реальность. В этом сезоне она обращается к Эглантайн Джебб, основательнице Save the Children — международной организации, занимающейся защитой прав и поддержкой детей по всему миру. К этой истории сейчас снова обращаются — в 2024 году были выкуплены права на экранизацию биографии Джебб. Но у Херст это не выглядит как костюмы к фильму: эдвардианское кружево читается как ощущение в платьях открытия, светло-голубой оттенок длинного замшевого платья отсылает к ее любимому цвету в юности, и на этом цитаты заканчиваются...

К пятому выходу становится ясно, на чем держится коллекция: брючный костюм и платье-комбинация. Между ними выстроено все остальное — от практичных пальто до коктейльного платья. Это два сценария, в которых Бекхэм живет сама: день и выход в свет. Темно-синий костюм с узкими, почти мальчишескими брюками только фиксирует эту линию. «В конечном счете все сводится к тому, что хорошо сидит на теле», — говорит она. Вдохновением сезона стала художница эпохи ар-деко Тамара де Лемпицка, чьи стилизованные портреты женщин в струящихся платьях почти не менялись до конца ее жизни...

Романтика и утилитарность редко встречаются в одном пространстве. Но именно о них думала Надеж Ванэ, работая над новой коллекцией для Hermès. Она говорила о сумерках — о том самом переходном состоянии между днем и ночью, и о возможностях, которые в нем скрыты. «Это момент изменений, движения», — объяснила она. Это определило палитру: сначала горячие цвета заката, зеленая вспышка в момент, когда солнце опускается за горизонт, и наконец — темно-синий и серо-черный. И это же сформировало силуэт — узкий, аэродинамичный, с акцентами на карманы и молнии...

«Я сделаю все, чтобы оказаться рядом с лошадью», — сказала Стелла Маккартни за кулисами. Показ пришелся на год лошади и 25-летие бренда, поэтому она снова пригласила «заклинателя лошадей» Жана-Франсуа Пиньона с его камаргскими пони. Они уже выступали на ее показе осенью 2023-го, и хотя снова украли все внимание, это была лишь одна из глав подиумной автобиографии. 51-й и финальный образ гласил: MY DAD IS A ROCKSTAR. Перед ним — 50 образов, из которых постепенно складывается, кто такая Стелла Маккартни вне этой фразы...