Большие уши

Семья путешествовала весной по Европе, когда их ребенок заразился сильным инфекционным заболеванием в Афинах. Спасти мальчика пытались в лучших клиниках Италии: сначала в Неаполе, затем в Риме и во Флоренции. Состояние ребенка на протяжении двух недель становилось то лучше, то хуже, но в конце концов закончилось летальным исходом, подросток умер от брюшного тифа за два месяца до своего шестнадцатилетия. Семья была раздавлена от горя. - «Пусть дети Калифорнии...

- «А где Дмитрий Анатольевич? Он уже третью неделю на работе не появляется, заболел что ли?» - «Да, нет. Говорят, у него с женой беда какая-то случилась.» - «Божечки, только месяц прошел, как она родила, кто же с малышом будет заниматься?». В те годы мой папа был молодым инженером на заводе, он еще не сблизился с коллективом, поэтому не участвовал в беседе, а только слушал, как коллеги обсуждают их начальника. Папиного руководителя звали Дмитрий Анатольевич, ему было 35 лет и чуть больше месяца назад он стал отцом во второй раз...

- «Когда им исполнилось 7 лет, я решила рассказать им всю правду. Боялась, что кто-то успеет раньше меня и обидит моих девочек» - когда Лариса Николаевна говорила эти слова, мне казалось, я не выдержу и зареву навзрыд. Познакомились мы с Ларисой Николаевной на моей первой работе, она была старшим бухгалтером и помогала мне освоиться. Она говорила, что я похожа на ее дочь и, наверное, поэтому прониклась такой нежностью ко мне и поделилась своим горем. - «Томочку я родила в 18 лет, она была обычной девочкой, здоровой и веселой...

-«Вот, ты не представляешь какой он гадкий. Все дети как дети, а этот настоящее исчадие ада. Если видит, что Машуня спиной стоит, подбегает и со всей дури дает подзатыльник. Бывает кто-нибудь отвернется на минуту от своей тарелки, и этот уродец тут же в нее плюнет, а недавно закрыл в туалете девочку, дак у той оказалась клаустрофобия, началась паника, кричать не смогла и в обморок упала» - я с ужасом слушала рассказ подруги про «маленького гаденыша», так она называла мальчика, который кошмарил всех в детском саду, куда ходит ее дочка...

- «Он с этой навязчивой идеей всю жизнь живет, говорит к своему 25 летию должен мать найти. Только об этом и думает, запрос сделал в архивы роддома и детдома, в конце недели должен ответ прийти». - «Как думаешь, найдет?» -«Чувствую, что найдет. Наверняка алкоголичка какая-нибудь, расстроится и пожалеет, что искал.» За Катиного мужа я переживала как за родного, хотя и не была с ним лично знакома. Катя помогала мне по дому, девушка она была простая, открытая и каждый раз за работой делилась со мной рассказами о личной жизни...

Ах, какие беззаботные это были годы. Мы, студены первого курса, сдружились небольшой компанией из пяти человек: три девчонки и два парня. Все мы были из разных городов, с разными увлечениями, из непохожих семей, но какая-то магическая сила связывала нас, и мы были не разлей вода. Однако, на нашей первой новогодней вечеринке стало ясно, что в коллективе зарождается нечто большое, чем просто дружба. Наша Мальвина (так мы звали Танюху за ее голубые пряди на белокурых волосах) стала настойчиво подкатывать к Мишане...

Я познакомилась со Светой на танцах живота за 3 года до трагических событий в ее жизни. Свете было 32 года, работала бухгалтером в бюджетной организации. Девушка она не особо привлекательная: не высокая, полноватая, с неудачной прической, с непродуманным гардеробом, а главное – не уверенная в себе. При этом, в отличие от многих красавиц, была счастлива в браке. Муж Светы - чиновник в администрации города: высокий, здоровый молодой мужчина, болтун и тот еще балагур. Когда он забирал Светку после...