Юлия Зырянова

Ритмичный бой барабанов вводил в оцепенение, яркие краски, мельтеша, сливались в хоровод, равнодушное солнце в вышине с непроницаемым ликом слало свое благословение, равно как и проклятие, своим детям, восхваляющим его жестокость. Церемония пугала и притягивала взгляд и трепещущую душу одновременно. Да-да, это не опечатка. Душу. У шоколада есть душа. Она живет в корнях какао деревьев, в стволах, в ветвях, в плодах. Его плоды ценны, только вожди имею право пробовать священный пенный напиток из какао-бобов - горький, шоколадный, бодрящий...

Погода не желала меняться и старый орех, прижавшись к грубой холодной коре, погрузился в воспоминания… Он не помнил чьи они были, эти яркие картины из прошлого, ведь деревья обладают уникальной способностью накапливать информацию, и он, Маратхи, был далеко не первым плодом благородного дерева какао, росшего где-то далеко, в священной роще на севере полуострова Юкатан. Он помнил всю историю рода какао, помнил загадочные церемонии Ацтеков, которые поклонялись животворящему шоколадному напитку и эти воспоминания грели его иссохшую душу…

Холодный апрельский день вызывал противоречивые эмоции... Рвущий тучи ветер позволял солнечным лучам освещать землю, покрытую мусором, покоящимся еще с осени под грязными снежными сугробами. Вредничающая зима никак не хотела отступать, и устало закидывала зевающую весну снежками, которые рассыпались на лету, не нанося серьезного вреда, и вызывая привычную злость. Зимнее оцепенение уже покинуло тело Маратхи, хотелось творить, удивлять, восхищать... Но эти благие намерения умело были придушены чувством долга и еще каким-то дурацким чувством, которое у людей называется ленью.