Аня Грабарчук

Самое главное и интересное на свете - это личные истории. Маленькие кусочки пазла, из которых складывается человек. Не обесценивать ужасно трудно. Не обесценивать ни своё, ни чужое. Но если перестать врываться в истории со всеми этими своими оценками и рассуждениями, то можно очень многое понять...

В дни, когда я, как сегодня, очевидно не справляюсь, когда все, что ни делается - к худшему, когда ответственности много, а сил мало, и стресс не даёт спать, и список дел кажется бесконечным, и нет ни одной мысли, и каждое самое мелкое движение даётся с ужасным трудом, когда дикий сенсорный перегруз и я не могу больше воспринимать людей такими, какие они есть, и хочется бегать кругами, швырять что-нибудь в стену и кричать, или накрыться подушкой и уснуть на сутки, или плакать солёными слезами в сладкий чай - вот тогда на помощь мне приходит Лидия Чарская...

Когда я была в третьем классе музыкальной школы, мой учитель по гитаре слишком сильно увлекся, создавая из меня и трех парней гитарный ансамбль. Раз за разом мы собирались по вечерам, отрабатывая до мельчайших подробностей скромный репертуар из шести произведений. Я играла басовую партию в "Кармен", основополагающую, но очень уж нудную, вторую гитару в "Испанском танце", третью гитару в "Ромео и Джульетте", но никогда первую: отчасти из-за того, что отказывалась отращивать ногти на правой руке, но в основном из-за нехватки таланта...

А мне б влюбиться, да так по-бабьи, чтобы душа пела. Чтобы во сне - он, и наяву - он. Чтобы утром омлет, на ужин - борщ, и хлеб вырезать в форме сердца. Чтобы проснуться ночью и смотреть, как спит. Чтобы сидишь так с подружками, пьёшь кофе, а тут он звонит. И ты такая - Он! И отвечаешь: "привет, сладенький!" Чтобы на словах - люблю, а на уме - семья и дети. Чтобы кто-нибудь рассказал про него плохое, а ты такая: "ох, знаю, но прощу, потому что люблю, люблю"! А я хожу вокруг со своей тонкой душой и самодостаточностью...

Когда вы, люди, подходите ко мне и говорите что-нибудь вроде "Я смеялась в голос над твоим последним постом", или "ты так хорошо пишешь", или "тебе надо книгу написать", я, разумеется, стесняюсь, краснею лицом и начинаю вяло отнекиваться, бормоча "ну что вы, это все ерунда, ну какая книга, я и двух слов связать не могу". Но внутренний мой счетовод, алчно потирая ручки, складывает каждый такой комплимент в копилку тщеславия, а потом скрупулёзно заносит в специальную расчерченную тетрадку: "2019 г...