Аня Грабарчук

Самое главное и интересное на свете - это личные истории. Маленькие кусочки пазла, из которых складывается человек. Не обесценивать ужасно трудно. Не обесценивать ни своё, ни чужое. Но если перестать врываться в истории со всеми этими своими оценками и рассуждениями, то можно очень многое понять...

В дни, когда я, как сегодня, очевидно не справляюсь, когда все, что ни делается - к худшему, когда ответственности много, а сил мало, и стресс не даёт спать, и список дел кажется бесконечным, и нет ни одной мысли, и каждое самое мелкое движение даётся с ужасным трудом, когда дикий сенсорный перегруз и я не могу больше воспринимать людей такими, какие они есть, и хочется бегать кругами, швырять что-нибудь в стену и кричать, или накрыться подушкой и уснуть на сутки, или плакать солёными слезами в сладкий чай - вот тогда на помощь мне приходит Лидия Чарская...

Когда я была в третьем классе музыкальной школы, мой учитель по гитаре слишком сильно увлекся, создавая из меня и трех парней гитарный ансамбль. Раз за разом мы собирались по вечерам, отрабатывая до мельчайших подробностей скромный репертуар из шести произведений. Я играла басовую партию в "Кармен", основополагающую, но очень уж нудную, вторую гитару в "Испанском танце", третью гитару в "Ромео и Джульетте", но никогда первую: отчасти из-за того, что отказывалась отращивать ногти на правой руке, но в основном из-за нехватки таланта...

А мне б влюбиться, да так по-бабьи, чтобы душа пела. Чтобы во сне - он, и наяву - он. Чтобы утром омлет, на ужин - борщ, и хлеб вырезать в форме сердца. Чтобы проснуться ночью и смотреть, как спит. Чтобы сидишь так с подружками, пьёшь кофе, а тут он звонит. И ты такая - Он! И отвечаешь: "привет, сладенький!" Чтобы на словах - люблю, а на уме - семья и дети. Чтобы кто-нибудь рассказал про него плохое, а ты такая: "ох, знаю, но прощу, потому что люблю, люблю"! А я хожу вокруг со своей тонкой душой и самодостаточностью...

Когда вы, люди, подходите ко мне и говорите что-нибудь вроде "Я смеялась в голос над твоим последним постом", или "ты так хорошо пишешь", или "тебе надо книгу написать", я, разумеется, стесняюсь, краснею лицом и начинаю вяло отнекиваться, бормоча "ну что вы, это все ерунда, ну какая книга, я и двух слов связать не могу". Но внутренний мой счетовод, алчно потирая ручки, складывает каждый такой комплимент в копилку тщеславия, а потом скрупулёзно заносит в специальную расчерченную тетрадку: "2019 г...

Для моей бабушки любовь - это еда. Это миллион салатиков и тортик, и стол, который ломится от бутербродов и котлет, и, конечно, жующие толстые внуки. Ещё для нее любовь - это начисто отмытые полы и наглаженные с двух сторон простыни, это сверкающие окна, это каждую неделю приходить и ставить цветы на маминой могиле, чтобы она была самой красивой, это три килограмма малины и пятнадцать килограмм огурцов, и ряды банок с вареньем под кухонным столом. Для моего папы любовь - это поступки. Это прийти и починить розетку, и наточить ножи, и налепить пельменей...

Сосиска в тесте - символ моего провала как человека и женщины. Это последний признак физической усталости и эмоционального выгорания. Все начинается с немытых полов и нестиранных полотенец. Потом появляется посуда в раковине. Я начинаю питаться бананами, случайными печеньками и кофе. Дальше - отказ от тренировок и проблемы со сном. Эмоциональное возбуждение, сменяющееся глубокой меланхолией. Незаправленная по утрам кровать и чтение ранних произведений Кинселлы. И последний камушек в лавине - сосиска в тесте...

Сегодня утром я проснулась с осознанием того, что все, что мне нужно на этом свете - это шоколадная конфета "Мишка на севере". И ничто иное мне не мило. Не нужны мне печенья, и вафли, и торт, и даже сложный десерт под названием "Тирамису". Не нужны карьерные достижения, рабочие похвалы и премии. Не нужны твои горячие сладкие поцелуи. Я даже больше не хочу быть худой. Все, чего я хочу - это чертова конфета. Мишка. На. Севере. И я чувствовала непреодолимое желание найти эту конфету, сорвать с нее обертку и съесть...

4. Вспоминаю, как Катя Холмина называла меня толстой в седьмом классе 5. Я не устала 6. Я слишком устала 7. Болит голова 8. Мысленно придумываю пост в блог 9. Считаю, сколько удастся поспать, если заснуть прямо сейчас 10. Сосед за стенкой громко храпит 11. Подушка слишком высокая 12. Подушка слишком низкая 13. Фонарь за окном светит прямо в лицо 14. На правом боку неудобно 15. На левом боку неудобно 16. У меня насморк 17. Болит голова 18. Малолетние придурки орут под окном 19. Вспоминаю, выключила я плиту 20...

В юности мне больше всего на свете хотелось иметь маленькие уши. Понимаете, у моей сестры идеальные уши: маленькие, аккуратные, прекрасной формы. А у меня мало того, что большие, так ещё и несимметрично оттопыренные. Вообще все должно было быть по-другому. Я-то хотела быть такой девочкой-девочкой, нежной феечкой, тонкой и звонкой, с переливчатым смехом, непослушными светлыми кудряшками, наивным взглядом и удивительно тонкими запястьями. Хотела быть такой, как вся эта претенциозная братва со Стрелецкой:...