Островок Лангерганса

Gearbox Software — с чего всё началось Во времена развития компьютерных игр было создано бесчисленное количество компаний, специализирующихся на разработке игр для разных платформ. Большинство компаний быстро закрывалось, и из прошлых коллективов образовывались новые. Названия крохотных студий периодически упоминались в журналах, а затем, когда студии разрастались, они пестрили во всех СМИ и гордо именовали себя теми, кто перевернул индустрию. Одна из таких компаний — Gearbox Software — была...

Когда заканчиваются кислотные дожди, когда на место властителей встают каменные Колоссы — тогда ты начинаешь жить по-новому. Ты смотришь на всё совершенно другими глазами и мечтаешь если не о смерти, то о нормальном существовании. Ветер сменяется жарким штилем, а затем идут эти адские дожди, разъедающие тело и сознание, разрывающие душу на части и оставляя лоскуты на небесном пути. Их подбирают дохлые псы и заглатывают ещё до того, как они растворятся в гнилой пасти. Иногда лоскуты вываливаются их вспоротых брюх и тогда душа имеет новый шанс...

Огастес устал, у него почти не осталось сил, не осталось карт, не осталось ничего. Мэлоди выпала из игры, она лежала на ярком неоновом поле и тяжело дышала, не в силах открыть глаза. Она старалась не шевелиться, давилась кровью и не понимала, почему игра вышла из-под контроля. Гавер с трудом держался на ногах, опираясь на щит. Остался последний заряд, и, отразив эту атаку, он тоже окажется не у дел — у его легендарной карты осталось всего две единицы здоровья. Честер всё ещё боролся, умело отражая атаку за атакой на пару со своей картой...

Тяжесть и темнота космоса сдавливает тисками прочную оболочку, охватывая фигуру меж планет и астероидов, зависшую в космосе подобно плывущему трупу в глубокой реке. Мерцающие звёзды подмигивают, издеваясь, гаснут и загораются вновь. Внутри — бесконечные щелчки, цоканье когтей по металлу, звонкий звук капель, разбивающихся о золотые тарелки. Внутри кто-то есть, помимо собственного воспалённого сознания сидит что-то ещё. Невероятно опасное и большое, заполняющее утробным рокотом уши и сводящее с ума шипением...

Ни­бель рез­ко ос­та­нови­лась, вгля­дыва­ясь в плот­ный тём­но-се­рый ту­ман, прис­лу­шива­ясь к поч­ти ося­за­емой ти­шине, но слы­шала лишь стук сво­его сер­дца. Она сглот­ну­ла, а гу­бы её зад­ро­жали, от собс­твен­но­го бес­си­лия на гла­за на­вер­ну­лись слё­зы. — Отец най­дёт те­бя… Ни­бель рез­ко опус­ти­ла го­лову и ус­та­вилась на мя­сис­тый тём­но-бу­рый сте­бель с тус­клы­ми жёл­ты­ми сфе­рами. Она слы­шала тон­кий и ти­хий звон, и ей приш­лось опус­тить­ся на ко­лени и поч­ти при­жать­ся ухом к кри­вому стеб­лю...

PIR Expo — ежегодное событие, на котором присутствуют тысячи посетителей и сотни экспертов.

Вот и кончилась моя первая история, которую я писала с некоторыми условиями: не больше 80 000 знаков. В неё я постаралась уместить сюжет, который раскрыла, как мне показалось, полностью, не переборщила с персонажами, но, к сожалению, не все крохотные сюжетные линии довела до ума. Я люблю истории, где нужно подумать. И не только думать о композиции, но и о том, что можно добавить, чтобы это казалось реалистично и не выбивало из колеи...

Мир будущего стремительно развивается, идет по пути кибернетики, прорывается с боем к светлому нечто, которое они создали в своих головах. Иссоп вилл стал тем, кто провел людей в новый мир, показав им, на что способна кибернетика...

После операции я неделю хожу сам не свой. И дело было не в боли, а в том, как я чувствую себя в моральном плане. В моей голове было больше вопросов к самому себе, чем ответов. Изменился ли я? — Я же всё ещё тот самый Иса, — я нахожусь у приёмной матери. — Почему ты считаешь иначе? Я смотрю на женщину с завязанными в хвост чёрными волосами. В её глазах я вижу явное отрицание. — Милый, ты изменился, — говорит она тихо и качает головой, виновато опускает взгляд. — Раньше, до всего этого, ты был...

Я резко вскидываю голову, почувствовав холод на шее. — Иса, вставай, — я слепо мажу взглядом по стройным ногам в чёрном сьюте, не сразу понимая, чей это голос, — Ты слышишь меня? Странный сон, который я тут же забыл, стоило мне проснуться, оставляет свои неприятные отголоски. Помню, это было что-то из моего прошлого… коридоры… роботы. Я медленно сажусь и потираю лицо руками, силясь проснуться. Анхель и Одетта молча буравят меня взглядом, и я чувствую себя как нашкодивший ребёнок. — Иса, — вижу, как маячит перед лицом женская рука с наушником...

Тиканье раздражает. Чем дольше ты лежишь и смотришь в никуда, тем этот резкий короткий звук становится всё громче и громче, потому что неосознанно начинаешь концентрироваться. В моей белой раздражающей квартире нечему было тикать. Я смотрю в своё искажённое отражение на глянцевом потолке и молчу, хотя мне есть на что ответить. — Чем больше модификаций, тем лучше становится мозг, — моё тихое бормотание в идеальную тишину не выводит меня из тикающего транса. — Столько возможностей для изучения этого феномена… Иса, мозг, ведь, и не феномен вовсе...

10 марта, 2 2ХХ год. Доктор биологических наук Габриэль Олаиз Кампосс решилась на опасные исследования. Я, Элайджа Поллини, её ассистент, буду вести записи на протяжении всего эксперимента, поддержав её решение. Более сотни лет назад люди решились плотно заняться изучением CRISPR/Cas9, однако, решением ООН и ВОЗ было запретить подобные эксперименты на людях, так что они проводились исключительно на растениях и животных. Доктор Кампосс хотела узнать о CRISPR/Cas9 всё и решилась испытать его на людях...