Какое оно изнутри

Следующим потрясением стали его руки. Тонкие руки-

Знаешь милый, твой брат шизофреник. А может и не брат вовсе. Очень сложно понять наши отношения. Мне кажется для тебя это всего лишь игра, всего лишь развлечение и моменты проведённые не в оденочестве, а с кем то. Когда тебе скучно ты отвечаешь на мои сообщения, ставишь улыбочки, хотя порой я знаю что они нереальные, что ты сидишь и тебя грузит, но для меня ты улыбаешься. Знаешь а ты ведь был другим. Ты был открытым, свободным, в чём то по своему счастливым. Я не видел этого, но я чувствовал. И сейчас я чувствую разницу, я чувствую что ты опусташён, но ничего не могу сделать...

Привет родной. А знаешь я скучаю. Я слишком долго держал всё это в себе. Или не очень долго. Для кого то срок это год, для кого-то два. А для меня и месяц без тебя невыносимо больно. Наша ругань была самой потрясающей. Я злился и психовал, уходя хлопал дверью и клялся себе не возвращатся. С каждым разом я всё больше и больше начал верить в то что не вернусь. Внутри накапливалась обида и боль. Ты никогда меня не возвращаешь. Быть может я не нужен? Не знаю. Ты говорил что любишь меня и говорил что я нужен как бы мы ни ругались...

«— А ты не обращай внимания. Не готов еще, белый свет увидеть?» «— Кажется, уже готов, но очень боюсь. А вдруг мама еще сильнее расстроится,когда меня увидит?» «— Что ты, она обязательно обрадуется! Разве можно не полюбить такого малыша, как ты?» «— Ангел, а как там? Что там, за животом?» «— Здесь сейчас зима. Вокруг все белое, белое, и падают красивые снежинки. Ты скоро сам все увидишь!» " - Ангел, я готов все увидеть!» «— Давай малыш, я жду тебя!» «— Ангел мне больно и страшно!» — Ой, мамочки,...

Герда больше не любит Кая Она не скажет, как по нему скучает, Все также по старинке заваривает чай Наполовину с отчаянием: её Кай умирает. Герда больше не любит Кая, Но что-то внутри с его холодом тает, А этот чёртов кретин не спасает- Ни её, ни себя не спасает. Герда больше не пишет письма, Чтобы не чувствовать себя лишней, Чтобы не помнить, как он улыбался, А он замерзает...