Камилла Лысенко

АНТИВИРУС #klnew Звезды сказали - сидите дома; сложили сияние в стоп-сигнал. Эта иллюзия нам знакома, С детства заточены под финал. Выйдешь из дома за литром солнца, Видишь у каждого на лице: “Ну и когда же уже начнется?” Страшен не выстрел. Суров прицел. Мы не боимся голодной смерти, Смерть за порогом - всегда слова. Мальчик, неси-ка нам антисептик. Мы остаемся тут зимовать. Что будет дальше? А будет пепел...

Я осознаю, что это русская рулетка - писать подобные посты в сегодняшнем мире. Сегодня под статью теоретически могут подвести за слово «привет», потому что оно начинается с той же буквы, что и фамилия царя. Адекватность пропадает, когда речь заходит о чьей-то выгоде. А большинство законов о пропаганде, чувствах верующих, (не)свободе собраний и впечатлительных к «оскорблениям» властях есть не что иное, как инструмент получения выгод для везучего меньшинства путем абсурдного угнетения обычного большинства. Сейчас, когда Камилла закончила играть в Капитана Очевидность, позвольте объясниться, о чем вообще речь...

Понимаете, мы заколебались. В мире происходит какая-то дичь, а все молчат. Молчание = бездействие. Но критиковать происходящее, просто стреляя пулями в потолок — это фигня. Самым эффективным способом борьбы со страхом и бездействием всегда был сарказм. Поэтому — давайте смеяться! Представьте компашку: двухметровый рэпер NJohn, стильный рэпер Богдан Артов, женственная поэтесса Евгения Онегина и я. Теперь каждую неделю вы будете получать от нас стих/рэп на злобу дня. Мы выбираем те новости, которые действительно поджигают в нас что-то, и отвечаем на них так, как умеем — с сарказмом и надеждой...

После меня ты выбирала только психов и импотентов? Видно, сказался материнский инстинкт. Я даже мог бы назвать это все хэппи-эндом, Но хэппи-энд не уложится в стих. Ты готовишь им пасты, лазаньи и брокколи По вкусу все они - соль с золой. А они едят и хвалят; да много ли Нужно им, не знакомым с тобой Настоящей? Скажи-ка, видел ли кто из них Тебя, танцующую с видом на красную гавань, Голую, поющую? Даже шум моря стих, Чтобы послушать твои слова. А видел ли кто, как ты хлещешь текилу,...

Вечный штиль и покой. Ка в жизни не видел шторм. И когда в Рапи-Но вернулась весною ночь, Ка отправился к Ветру - со штормом просить помочь. "Безымянный Ветер, столько безликих лет Я записывал все, что видел ты на Земле. Но пока ты по свету шёл, что ни день - то шоу, У меня тут все было приторно хорошо. Как могу я писать истории про людей, Если я ничего не знаю и был нигде? Как могу я понять, скажи мне, чужую боль, Если жизнь никогда не била меня собой? Это ты, безымянный ветер, повсюду вхож. Ты танцуешь в газетах, целуешь легонько рожь. И ребёнок каждый так на тебя похож. И влюблённый каждый так на тебя похож...

То есть — как это работает? Вот двое встречаются, подкошенные эмоцией, и каждый из них сам по себе — произведение искусства уникальных оттенков. У каждого в руке по книжке с удивительными событиями, инсайтами, мыслями; можно зачитывать друг другу, можно писать совместно новые страницы, можно уединяться и на примере другого писать свое. Где тут необходимость жертвы? Как в принципе эту жертву можно допускать? Все эти: «Она ради меня отказалась от своей мечты» «Он ради меня бросил своих друзей»»...

Ты — высший класс, rock star и не happy end, Ты happy start. И мне тебя не слабО Жить. Carpe diem, детка! Лови момент.

Говорит это спокойно, но с долей вызова. Такие фразы всегда говорят с вызовом. Мол — переубеди меня. Видишь, я в отчаянии. Скажи мне, что все будет хорошо. Ладно — говорю. А почему? Мне, отвечает, больше не интересно. Мы идем по площади Курского вокзала. Сейчас это почти центр города; в 19 веке Земляной вал даже не считался Москвой. Я пытаюсь представить, что здесь было ранее: воображение отправляет по правому флангу полупрозрачный экипаж с кучером. Курский — вокзал в вокзале, дополненный вокзалом:...