Катя Есенин

Ольга Жанпьеровна стояла на балконе, держа в зубах сигарету и думала о нём - о герое своего романа. Ей было крайне досадно от того, что в её почтенном возрасте она вынуждена была до сих пор прозябать в девках...

Небо сегодня такое, будто вот-вот расплачется. Нависло над головой свинцово-пепельным полотном, плоть его налилась тягостным напряжением. Но никто этого не замечает, все смотрят себе под ноги, только о своих ногах и думают, как бы их не испачкать в весенней грязи, осторожничают, как бы не наступить в огромную лужу, которая ещё недавно была чистейшим снегом. Так было в прошлом году, так будет и в следующем. Ты наблюдал за этим в детстве, ты видишь это сейчас, и даже когда ты умрёшь, снег так и будет таять по расписанию, обнажая человеческую несовершенность...

Над лесом сквозь сизую дымку облаков проглядывало нежное солнце и матовым светом, будто пуховое покрывало, стелилось по земле сквозь кружево ветвей. Его глаза ещё не восстановились после ослепительно яркого света, он растерянно моргал, в голове было пусто. Казалось, что во всём лесу не было ни одной живой души, но в то же время ощущалось всей кожей чьё-то всеобъемлющее присутствие. Вдруг из кустов неподалёку выскочил лохматый пёс, зевнул и безучастно посмотрел на него. - Ты уже выбрал себе дерево? Мужчина посмотрел по сторонам, но так и не понял, кто это спрашивал и у него ли...

Наденька всегда мечтала о красивой и необычной истории любви в своей жизни, поэтому ещё со школы отвергала банальные до нелепости ухаживания мальчишек. Их способы привлечения к себе внимания были напрочь лишены какой-либо фантазии и смекалки. Дёргания за косички, записки с признаниями в любви на уроке физкультуры, медляки на школьной дискотеке, провожания после уроков до дома – всё это вызывало в ней скуку и тошноту. Она ощущала во всех этих сценариях некий подвох и решительно берегла себя для чего-то действительно исключительного...

Федя стоял на остановке с топором в руках и вопрошал: «тварь я дрожащая или право на бесплатный проезд имею?». Рядом стояла его бабушка, гладила хмурого мальчика по голове и ласково отвечала: «конечно, Федечка, имеешь, ведь тебе всего-то 6 лет». Софья Родионовна души не чаяла в своём внуке, даже подарила ему детский, но всё же хорошо наточенный топорик. Восторгу Феди не было предела, без своего топорика он даже отказывался ложиться в кровать и открывать рот для манной каши. - С топорами в салон нельзя...