Storyteller from Gorokhovaya st.

Моя соседка Василиса, у которой в комнате есть гавайская гитара сказала, что горло у меня болит от недосказанных слов. Моя соседка Нина, у которой пятеро детей, оперативно схватила меня за жабры, сказала что у меня ангина, влила в глотку какой-то мерзкий сироп и велела галопом бежать в аптеку за фурацелином и ещё какой то дрянью. Я мычу что-то невнятное в ответ им обеим. Василиса подарила мне новую кружку взамен разбитой и запарила туда цветки лаванды, ромашки и ещё каких-то сушёных представителей флоры...

Вот есть человек. Какой бы он ни был. Плохой, хороший, умный или не очень. Он есть. Со своими мыслями, переживаниями и историями, друзьями, работой, семьёй и прочими входными данными для идентификации собственного "Я". И вдруг нет его. Осталась плитка на кладбище с именем и двумя датами, да пара сопливых постов в соцсетях от сочувствующих. А его нет. Нет онлайн и аппарат абонента больше не обслуживается. Грустно всё это. И страшно. А со страхом смерти каждый борется как может. Кто-то судорожно...

Среди разномастной орды моих бывших и нынешних коллег, больше всех потрепал мне нервы бармен Александр. Саша был для меня чем-то вроде сенсея. Именно он научил малолетнюю разгильдяйку (коей я остаюсь и по сей день) работать по ту сторону стойки. Но чего нам двоим это стоило! Я конечно сама далеко не подарок, но Саша просто уникум. Причем на всю голову. Начнем с того, что вся барная тусовка города знает его по погонялу "Пёс". История возникновения прозвища проста: к Саше за бар сел вусмерть пьяный...

То что я раздолбай не секрет ни для кого. Хожу в чем попало, ем всякую дрянь и периодически подбухиваю. Иногда мне лень не то, что накраситься, а банально причесаться. В одежде у меня тоже все не слава богу: футболки с мультяшками и драные джинсы - вот мой стартерпак при выходе из дома. Если ещё и носки одинаковые найду, то вообще замечательно. Не скажу, что я горжусь этим, просто есть дела поважнее, чем укладка и макияж. На крышу залезть, разбить колени на скейте или под покровом ночи перелезть через ограждение на шаткую фиговину плескающуюся на водах реки Мойки...

Совершенно неожиданно я тут вспомнила о том, что я таки девушка, и если мне грустно, то можно просто немножечко пореветь. Ситуацию это конечно не решает, но в какой-то момент плакать устаешь и начинаешь думать. Бабой быть удобно. Если бы не одно "Но". Сопереживающие найдут тебя даже в бункере на уровне 50ти метров под землёй, пропилят лобзиком двухметровую армированную дверь и попросят успокоиться. Ну не плачь, ну чего ты. Подобные спасители не понимают простых вещей. Если слезы не показушные, то тот, кто их распускает меньше всего хочет, чтобы на это обращали внимание...