Таня Гуревич

Ртутник Вадик хорошо знал, что в соцсетях нельзя писать напрямую ни название вируса, ни название популярного укола. Любое упоминание в не позитивном контексте влекло за собой автоматическую блокировку всех аккаунтов на месяц, при повторном нарушении — удаление без права восстановления. Приходилось шифроваться. В ходу был Эзопов язык: факцина, фуфлоцинация. Но Вадик начинал замечать, что и эти иносказания скоро научились распознавать, рассылая предупреждения остаткам его единомышленников. Их было мало...

Ира волновалась. С самого начала интуиция подсказывала ей, что заказывать парню трусы на 23 февраля – идея не очень. Но других мыслей так и не появилось, а время поджимало: Витя должен был вот-вот вернуться из командировки. И потом, Ира выбрала очень хорошую пару: по крайней мере на парне-модели на фото в онлайн-приложении они смотрелись отлично, да и цена обещала достойное качество. Осталось только получить доставку в срок. Наконец раздался звонок. На пороге стоял курьер, а за ним огромная картонная коробка...

Как ни странно, больше всего посетителей было не с Земли. Земную кухню полюбили многие, даже те, у кого желудки не были приспособлены к твёрдой пище. Они заказывали квас и радовались кисленьким пузырькам, как дети...

Что вы сказали? А это так важно? Разве? Со мной бесполезно разговаривать, я умею отвечать только вопросом на вопрос, это мало кто выносит дольше пяти минут. Особенно раздражаются случайные прохожие, решившие...

Дед Иван хорошо помнил время, когда Земля ещё крутилась как следует. Помнил, как она стала раскручиваться чересчур быстро и как, стремительно тормозя с визгом шин по асфальту, остановилась. Всё произошло быстро. Сперва в новостях сказали, что закрыты музеи и театры, потом стали закрываться школы и сады. Через 5 дней все уже сидели по домам, а через 10 выходить можно было только раз в две недели за припасами. Время уже тогда замедлилось так, что тянулось невыносимо долго. По телевизору ничего про это не говорили, но не заметить это было просто невозможно...