ROVS

Босыми ногами по щиколотку в воде я буду стоять немая, ища тебя в пустоте. Мне видятся тени до боли родных полей и пустых деревень, и я пойду по земле холодной, лишь бы только быть ближе к тебе. Мы у воды родные, словно знакомы давно, мокро немного в коленях, странно, что здесь глубоко. Шаг за шагом иду по пустыне моих стихий, нежно касаются волны пальцев моей ледяной правой руки. Замирая и глядя на небо, волосы черные в темноту отпуская, чувствую соль на губах ...

По земле все идём мы дорогами разными, друг за друга цепляясь руками. Все забывается , милый, ничего у нас не останется. Ни фотографий, где мы обнимаемся, ни дневников со смешными стихами - все уничтожит время, все на ветру уснёт. Мы с тобой рядом отчаянно. Держимся из последних сил. Пальцы твои сжимаются, чувствую : пульс учащается. Мы во вне растворяемся, больше меня ты не жди. В этих полях терзаний ходят десятки как мы. Бродят и ищут глазами то, что когда-то нашли. Было тепло и уютно, но что-то сломалось, пойми...

Он пил весь вечер. Стопку за стопкой. Стакан за стаканом. Пил, чтобы не помнить, не думать, не осознавать. Пил потому что мог. Пил, потому что были деньги. На дне он видел каждый день, полный бесконечно нудной рутины, которая тянула его в темную и мрачную безнадежную пустоту с сомнительными перспективами. В голове не укладывалось, что все сложилось именно так и ничего уже не изменить. -Эй, парень! - кричал наш герой бармену,- доставай ещё! Молодой мальчишка с блестящими от маминой заботы и любви волосами послушно тянулся за очередной бутылкой, нежно протирая ее от пыли...

Я люблю тебя, милый, до дрожи, до безумия, до хрипоты. Я люблю, как ты смотришь прямо, из этой мрачной гнетущей мглы. Хмуришь брови, сверкаешь взглядом, любишь тоже, я это знаю. Скоро выпадет снег, и замерзнут сомнения, оледенев, разобьются в пыль. Позову все ветра и развею над просторами русской земли твои нежные обещания, твои резкие - уходи. Сбросив шубу, оступаюсь и вою дико. Изо рта рвется шёпот и отчаянные хрипы судьбы. Босиком по сугробам колким, платье волоча по земле, перебираю нагие стопы, вспоминая, о родном отце...

Смотрю на августовское небо часами, днями, неделями. Тише, просто стой и молчи. Слушай. Слушай, как кричит серая морская чайка над Фонтанкой, она редкий гость здесь, она случайно здесь оказалась. Смотри на ее огромные крылья, созидай, люби каждое перышко, смотри на ее силу, волю, на ее жизнь, сравнивай. Только не говори ничего. Ты все испортишь. Стой со мной рядом и наблюдай. Облака густеют, их бы нарисовать, да не умею, но живо представляю, как краска растекается по бумаге, как масло ложится на холст...

На цыпочках с утра, потянувшись сладко, ты бежишь ко мне по коридору, залитому лучами яркого солнца. Хватаю тебя и поднимаю до потолка, ты задорно смеешься, мой ангел, и твой голос разливается по улочкам старого родного дома, наполняя его счастьем. Пронизываю твои локоны пальцами, внимательно рассматриваю их, жмурюсь. В них блестят звездочки, не могу сосчитать, как не стараюсь....

В музыке, рожденной в твоей голове, я слышу целые сотни вулканов, раскинутых по всей земле от края до края. Они тяжело нависли над бескрайними просторами творений твоих рук и тяжело дышат, извергая сквозь горло слова, недоступные человеческому разуму. Мы стоим у истоков твоего творения, раскрыв рот, жадно глотая кубы воздуха в надежде вкусить хотя бы часть твоего гения. Слезы катятся вдоль худых скул, высыхая, не успев коснуться черной густой земли, в которой покоятся миллионы наших предков...

Если бы я была мамой, я бы хотела сказать так. Ты береги себя, слышишь? Ты главное никогда не сдавайся. Будь добрым, не знай злобы и ненависти, люби весь мир и прощай тех, кто слабее тебя. Никогда не грусти, а если печалишься, помни, мы с тобой не навсегда прощаемся. Ты храни себя, милый, главное, не теряй лица и будь честен пред миром, а главное перед собой...

Снег под ногами белый, ноги согреты пледом, я поднимаю руку, ты выключаешь свет. Мы с тобой смотрим в окно, через дорогу сосед покупает хлеб. Падает снег хлопьями, с утра будет белым бело. Тихо в доме, и в жизни тихо. Мысли плетутся вдоль плинтуса, он немного кривой. Смысл цепляется за щиколотки , мне щекотно, смеюсь и хватаю тебя за руку...

Мне тебя не хватает , мне не хватает тебя до бесконечности сильно. Не хватает твоего твёрдого "пойдем", твоей ребяческой улыбки и надёжных рук. Мне не хватает твоего молчания и быстрых шагов. Мне не хватает тебя так сильно, что листья вокруг желтеют и валятся на мои плечи, а без тебя нет смысла держаться, и я падаю под их весом, укрываясь ими, словно одеялом, засыпая в своей берлоге, надеясь встретить тебя, проснувшись...

В твоём доме сегодня тихо, ты явно вышел раньше обычного. Захожу внутрь и аккуратно присаживаюсь рядом с твоим портретом. Хорошо выглядишь . Люди красиво тебя изображают. Мы давно не говорили. Прости. Я редко захожу в последнее время, но ты и сам знаешь, как много дел. Смотрю ты по-прежнему зовёшь гостей, а библиотека новыми книгами не пополнилась. Ты не против, если я полистаю последнюю? Когда-то давным-давно, когда мы только познакомились, ты подарил мне одну вещицу. И я , поругавшись с тобой тогда на море, сорвала её с шеи и бросила в песок под ногами...

Обожаю людей страстных. Бесстрашных и диких. Таких, что ходят гордо и любят волю. Тех, кто смеются громко и искренне, которые кричат, если больно, разрывая связки. Что держат за руку смело, обнимают и целуют крепко. Люблю революционеров, люблю, чтобы говорили и делали. Люблю смотреть на тех, кто счастлив, кто не преклоняется, а уважительно склоняет голову. Люблю дерзких и отважных. Люблю независимых и отверженных. Они не могут быть добрыми, не могут быть и злыми. Они невесомы, у них свои орбиты...