Антонина Шустер

Ей нравилось переглаживать эту рубашку, постоянно разговаривая с ней. На сковороде, на кухне, что-то жарилось, а старушка, перебирая дрожащими губами, поглаживала старую пожелтевшую от времени ткань, и словно ушла в забытье. Казалось, она снова молодая и красивая заходит в новую квартиру, и муж ее сильный и уверенный, радуется собственному жилью. В квартире запахи еды…Запахи? Запахи! Старушка всплеснула руками и поковыляла на кухню, где вовсю уже полыхало пламя на сковородке! В дверь тарабанили соседи, дым просочился сквозь щели в двери в подъезд...

Жильцы обживались на новом месте, они действительно со временем приобрели телевизор и включили его в белую розетку, от чего та загордилась окончательно. А рядом с Розеттой постоянно менялись бытовые приборы. По ночам она давала жизнь ночнику, и тот освещал комнату слабым узорчатым светом. Днем с Розеттой дружил утюг, которым гладили все белье в семье. А однажды к ней присоединили старенький кряхтящий тройник зеленого цвета, чтобы одновременно включать и утюг, и светильник. Розетта с радостью отдавала все электричество, которое шло через нее из проводов...

Небольшой каркасно-камышитовый дом, поскрипывая деревянными стенами, стоял у самой дороги. Иногда казалось, что он вспоминает свою молодость, то время, когда строители, возводя стены, перекидывались шутками друг с другом, а в квартирах пахло смолой и свежей краской... Когда строители закончили возводить стены, электрики притащили бобины с проводами и ящик с розетками. Розетки шушукались друг с другом, с нетерпением ожидая своей участи. Возможно, кто-то из них проведет электричество к холодильнику, а благодаря другим аппетитные запахи еды разольются по всему дому. Некоторым розеткам уготована судьба...